Менталист

Чашка Винсента — «Боевой петушок» — 1385 — король Улоф — Беньямин — Винсент. Круг замкнулся. Винсент понял, что следующая ее реплика будет про Беньямина.

— Кстати, передай своей дочери, чтобы никогда не называла меня тетей. Ульрике очень нравится, когда она это делает.

Слезы в глазах Марии высохли, и теперь она выглядела скорее рассерженной, чем огорченной. Что ж, с этим уже можно было худо-бедно справиться.

— Обещаю поговорить с ней, — ответил Винсент, сунул мобильник в карман и поднялся со стула.

— Кстати, когда ты думаешь рассказать о той женщине из полиции? — вдруг вспомнила Мария.

— Я знаю, что ты был в «Ривале» с какой-то женщиной.

— Да, я сам говорил тебе, что у меня деловая встреча.

— Не перебивай меня! — прошипела она.

Новая тема опять ее распалила.

— Ты меня не слушаешь, Винсент. Где ты, о чем думаешь? Где вы встретитесь с ней в следующий раз и как у вас получилось в последний? Или диваны в «Ривале» недостаточно высокие, чтобы… Я, наверное, должна благодарить тебя за то, что ты до сих пор не привел ее сюда… Пока, во всяком случае…

Винсент закрыл лицо ладонями и попытался успокоиться.

Он помнил ее первые приступы ревности, это было нечто по-настоящему ужасное. Но Мария не была такой с самого начала. Ее ревность становилась все ожесточеннее по мере того, как их отношения ухудшались. Винсент приучал себя к этому, но переживал все так же сильно.

Ничего не помогало. Эти обвинения в супружеской измене залегали глубже, чем могли достать рациональные аргументы, и были обращены к чему-то самому сущностному, утробному.

Винсент понимал, во всяком случае, что дело здесь не в нем, а в самой Марии. Как, впрочем, и всегда.

— Дорогая, — начал он, внимательно следя за дыханием и пытаясь нормализовать скакнувший адреналин, — мы, конечно, не будем вспоминать двадцатипятилетних юношей с твоего курса. Дело твое, но в последний раз мы с Миной встречались в отделении полиции. Я буду помогать ей… им, группе расследования. Но если ты будешь каждый раз устраивать сцены, я просто не смогу работать.

Что я тогда им скажу, как ты думаешь?

Мария посмотрела на мужа и шмыгнула носом.

— Я хочу телефон этой группы.

— О боже… Да, конечно… телефон… Но я сейчас спешу. И мне жаль, что я не смогу быть на празднике в честь твоего отца. Я обязательно это как-нибудь компенсирую, даже если пока не знаю как.

Винсент поднялся и неуверенно погладил жену по щеке. На этот раз она его отпустила. Он вышел в прихожую, обулся и завязал шнурки на ботинках.