Вечернее солнце окаймляло фигуру мамы золотым сиянием. Мальчик сощурился, чтобы лучше видеть.
— Я не могу сказать тебе, чем сейчас занимаюсь, потому что тогда ты поймешь секрет фокуса.
Мама вошла, и полоса света переместилась на его верстак. Частицы пыли висели, медленно перемещаясь, в воздухе. Попав в солнечный конус, они сверкали, как блестки, и в этом тоже была своя магия. Мама взяла кисточку со скамейки и помахала ею в воздухе.
— Позволь помочь тебе покрасить, по крайней мере. — Она вытянула шею, пытаясь заглянуть ему за спину.
— Ну, не так-то это и сложно, — смутился он. — Я ведь подготовил чертежи, они очень точные. И потом, это единственное, чем я занимаюсь. И сейчас у меня получается лучше, чем вначале. Ты можешь помочь мне, если хочешь, но не подглядывай, пока я не закончу. И на этот раз никаких знаков зодиака, договорились? — Мальчик показал на свой плащ: — Это выглядит как…
— Знаю, знаю… Лес Варгас.
Она сопроводила разъяснение изящным танцевальным движением, значения которого мальчик так и не понял.
— Лас-Вегас, мама, — поправил он.
И посмотрел на нее. Мама улыбнулась ему светлыми глазами, и напряжение в теле сразу исчезло. Сегодня хороший день. В то же время мальчика не оставляло чувство, что он попался в ловушку.
— Мама, ты… шутишь, да? Нет никакого художника Лес Варгаса.
Это было то, чего он не любил больше всего. Мальчику было трудно понять, когда люди шутят, а когда нет. То же и в школе… сплошной кошмар.
Ему хотелось бы, чтобы эти каникулы продолжались вечно. Тогда он навсегда остался бы на этом хуторе с мамой и Яне.
— Ты прав, — ответила она. — Я пошутила насчет Варгаса. О’кей, путь будет Лас-Вегас. — Снова взмахнула кистью и хитро прищурилась. — Но ты научишь меня какому-нибудь карточному фокусу. Иначе все равно получится немного по-испански.
Мальчик рассмеялся.
Он оглянулся на кучу распиленных досок. Теперь соберет из этого ящик, из которого сможет вытащить все, что только пожелает.
Все, что угодно, лишь бы мама была счастлива.
Мокрый снег чавкал под ногами Винсента.
