Менталист. Конфронтация

Месть свершена, на сердце покой. Ноги аккуратно касаются земли, сознание норовит уплыть от перегрузок.

С трудом снимаю шлем, слушая необыкновенную тишину, которая прерывается только гудением моторов и рычанием центуриончика. Он отбегает ко мне, понятливо подставляя свою холку. В доспехе мой вес больше, но питомец справляется, придерживая меня.

Британки выстроились кругом, защищая меня. К нам подходят солдаты императора, опасливо косясь на здание. Оглядываюсь вокруг, понимая значение слов — сровнять с землёй.

— Именем Императора! Вы арестованы. — не веря в свои слова выговаривает подошедший мужчина, оглядываясь на солдат за спиной.

Они опасаются, но я чувствую, что не смогу оказать сопротивления, сейчас все силы уходят просто на то, чтобы поддерживать вертикальное положение.

В поле зрения появляется Елена, помятая и поцарапанная, со шлемом под мышкой.

— Ты кретин Фонвизин!

— А ты сука, — устало парирую я.

— Как ты можешь меня судить?! — девушка нервно смеётся. — Ты думаешь, я бы правда спустила им убийство своей сестры?!

— Нет! Не так! — почти кричит Елена.

— Что ты имеешь в виду? — похолодел я.

— Она жива, придурок! Жива! Слышишь?!

День, в который всё пошло не так, Паула запомнила хорошо.

Как и всегда в таких случаях, ничто не предвещало беды.

Квартал патрулировали в обычном порядке. Пара воительниц сменилась, а вторая пошла отдыхать. Акиро о чём-то говорил с Суаном, эту парочку можно было часто видеть вместе.

Вчера они поймали парочку подростков, пытающихся прошмыгнуть в сад японцев. Один из беглецов сумел сделать ноги, а второй повис на заборе, зацепившись курткой.

Когда патруль подбежал к месту, парнишка висел, как нашкодивший котёнок, и плакал. Это повергло островитянок в шок, в девушках взыграл материнский инстинкт, и вместо того, чтобы наказать лазутчика, они его сняли и выслушали.

Оказалось, семья подростков голодала, поэтому мальчишки решились на такой спорный шаг, как залезть в чужой сад. Но тут парнишка привирал, британки отлично понимали веяния времени, сейчас убивали и за меньшее. Скорее всего у ребятни воровство уже популярная практика, но девушки не могли судить. Юноша размазывал сопли, рассказывая о несчастье так артистично, что Клара и Ирен купились.