Менталист. Конфронтация

Ты понимаешь? Значит, твари просто на батарейках, мы и так знаем, что ими кто-то манипулирует, так теперь ясно ещё, что их и создают там.

— Что будешь делать?

— Проводить эксперименты, — пожал плечами Алексей. — У меня для тебя ещё один глиф, осваивай его, а как будет информация по моей теории, я скажу.

— Всё запутаннее и запутаннее. Чем займёшься?

— Моя теория не в том, что твари лишь инструмент. Надо провести опыты, чтобы говорить увереннее. Ты слышал такой термин, как терраформирование?

— Могу ошибаться, но это процесс, при котором изменяют климатические условия планеты, кто-то из академиков прошлого хотел таким образом колонизировать планеты.

 — Я почесал затылок.

— Термин не точно описывает мои мысли, но это самое похожее определение. Представь, что сейчас просто идёт формирование среды! Земля насыщается магией, начинает ей практически дышать. Все ведущие агрессивные виды уничтожаются…

— Если ты прав, нам осталось немного, — заключил я.

— Да, предстоит много работы. А сейчас мне надо поспать. Почему-то было важно сказать это тебе, чтобы ты знал.

Ведь, по сути, твоё сознание — единственный мостик между реальностями. Теперь у меня есть бэкап, можно выключать систему.

Мы какое-то время посидели молча, думая каждый о своём. Затем Шувалов поднялся, и чуть пошатываясь отправился спать. Где-то в коридоре его подхватила стоящая на карауле Лиз. Да, парень действительно выжат. Я понимал его. Весь привычный мир рухнул, погребая своей тяжестью.

Сколько пережили эти люди, перед тем, как у них что-то получилось.

А теперь практически весь прогресс обнулён, всё начинается сначала. Это какой-то замкнутый круг. Если Шувалов прав и твари созданы искусственно, это меняет дело. Не сильно. Все понимали, что за вторжением кто-то стоит.

Если прорывы цикличны, но при этом в прошлые свое посещения гости из другого мира вели себя более сдержанно. Значит что-то поменялось. Сейчас на лицо намерение захватить нашу планету.

Задаваясь этим вопросом пошёл на тренировку к Метелице, Шувалов говорил, что есть новый глиф.

Две женщины сидели посреди скупо обставленного кабинета. Лица их казались похожими, можно было предположить, что это мать и её дитя. Так и было в действительности.

Единственное, что могло вызвать затруднение, — определение, кто мать, а кто дочь. Обе женщины имели красивые волевые лица, полные губы, живые глаза. Минимум косметики, только природная красота, чистая и незамутнённая.

Классическая система координат в виде морщинок полностью отсутствовала.