Менталист. Конфронтация

— Чего неожиданного? — Света подошла, взяв у меня кружку и отхлебнув, а затем вставила в мои руки, словно в подстаканник. — Ты знаешь, какие нравы в Германии? У них практически феодализм, а не наша гибридная клановая форма. Там власть у того, кто сильнее. Так практически во всём мире.

— А мы чем отличились? — мне было интересно.

— Мы слишком эгоистичны, власть у нас в приоритетах ниже, чем благосостояние. — Света смешно сморщилась и чихнула. — В Германии процветает феодализм, немного рабство, право первой ночи, бароны и графы, города по населению небольшие, но их много.

Это и сыграло злую шутку, прорывы вытеснили их.

— Не знал, — я пожал плечами. — Я бы на его месте тоже обрадовался.

— Не надо было из школы уходить, — покачала головой Света. — Ученье — свет, а неученье — тьма.

— Но ты же доучилась, — улыбаюсь. — Зачем тогда мне?

Немцы споро взялись за работу. Я жил в отдельной квартире, тут же, в квартале. Голые бетонные стены, широкая кровать, только вставленные окна. Минимализм, как он есть.

Тренировки с Шуваловым меня очень закалили. Жизнь в центре разрушенного мира шла своим чередом. Мы мало разговаривали, больше отрабатывали взаимодействие с рунами. Сам Алексей был занят, последние дни тренировались с Метелицей, старик так разошёлся без шефа, что чуть не нанизал меня на ледяное копьё.

Нашли доспех, чтобы мне было максимально комфортно, нанесли на него глифы. Теперь все восемь часов во сне я бегал, будто банка консервов, но не жаловался.

Вот после такой тренировки меня и разбудили.

Связь не могла разорваться сама по себе, прошло восемь часов, но я крайне ценил те редкие моменты, когда приходил в себя, и просто лежал с закрытыми глазами в полной тишине. Сейчас ее нарушали звуки строительной техники, я открыл дверь на балкон и вышел наружу. Там небольшой трактор развозил материалы, доставляя их к нужному подъезду.

Немцы мелькали на каждом этаже, ходили вокруг здания, на крыше, словно муравьи.

Я вернулся в комнату, осмотревшись в поисках одежды.

У стены стоял доспех, сиротливо зияя пустым нутром.

Я покачал головой и стал одеваться.

Следовало съездить уладить вопросы по эмансипации, чтобы окончательно отколоться от рода, став самостоятельной личностью. Вопрос с родовыми скрепами сложнее, даже не представляю реакцию деда, когда он доберётся до меня.

Формально я его не обманывал. Я действительно возглавлю род, не его, конечно, но факт остаётся фактом. Однако по сути я смухлевал, поступив некрасиво.