– А разве нет? Где ты позавчера была?
– Где была? Дома была...
Виолетта пыталась выдержать его взгляд, но не смогла. Виновато вильнула глазками в сторону.
– А я слышал, что ты в кабаке с каким-то красавчиком зависала...
– Ты об этом! Так это Эдуард, наш тренер по фитнесу... Мы с ним просто поужинали...
– Ну да, он тебя сначала поужинал, а потом и станцевал... Ты к нему домой ездила...
Базель пробил капитана Нахальцева из Московского уголовного розыска, узнал, чем он занимается. Оказывается, ментовская бригада существовала официально, в виде частной охранной фирмы «Минотавр».
Офис на Петровке, секретарша, факсы-максы. Даже штат сотрудников из отставных ментов, но это больше для отвода глаз. Настоящими действующими сотрудниками этой фирмы являлись оперативники из МУРа под руководством майора Бурова. Судя по всему, за этой структурой стоял ментовской генерал. Игнат на своей шкуре прочувствовал способ, которым менты ставили под свою «крышу» бизнесменов. И действовали они с размахом. Под их опекой находилось уже несколько крупных фирм.
Игнат всерьез опасался, что муровцы не остановятся на достигнутом. Люди они наглые, могут продолжить наступление на него. Поэтому Базель продолжал работу, пытаясь проследить за действиями Нахальцева, который играл в ментовских махинациях ключевую роль. Но муровский капитан, похоже, понимал, что его пытаются держать под наблюдением, и несколько раз ускользал от наружки. Базель всерьез опасался, что в любой момент он мог превратиться из дичи в охотника и взять «топтунов» за хобот.
Это вынуждало его действовать с особой осторожностью, что значительно снижало эффективность наблюдения. Короче говоря, Нахальцев плохо поддавался контролю, что Игнату очень не нравилось.
Зато Виола как на ладони. Кореянка была не только ее телохранителем, но и тайным соглядатаем. И Нахальцев уже получил от нее по ушам, когда сунулся к ней. А пока он приходил в себя, Игнат по ее наводке подтянул к дому Виолы своих ребят. Карта легла красиво – Паша загремел в свою же ментовку.
..
Нахальцев мог взять реванш. Поэтому кореянка оставалась при Виолетте. Но пока все было спокойно. Со стороны Нахальцева. Но замутила сама Виола... У нее что, бешенство матки прорезалось?
– Ну, ездила к нему домой. Но я это плохо помню, – сокрушенно мотнула головой Виолетта.
– Да уж, конечно, плохо она помнит... – поморщился Игнат.
– Э-э, не то чтобы плохо помню. – Она приложила пальцы к вискам, как будто пытаясь унять головную боль.
