Мерцающая луна

И их редкие приезды в Канаду в гости в стаю бурых волков сильно расстраивали Трея. Ему хотелось чаще видеть родных, он тосковал. Почувствовала это, когда медовый начал ворчать по данному поводу. Списала свое прозрение на волшебное волчье чутье.

А еще вы знали, что погода в Канаде такая же как в средней полосе России? Вот и я раньше как-то этим вопросом не интересовалась. Но бурые волки заверили: мне там обязательно понравится. Нюанс, что я заграницу попаду не скоро, так как даже загранпаспорта у меня нет, не говоря уже о визе, я поднимать не стала.

Надо признаться, удивляла легкость, с которой меня приняла семья медового. Словно все так, как должно быть, и иначе быть не может. Либо они мастерски притворялись. Вот только мне в подобное верить не хотелось.

Разошлись гости уже около полуночи. Проводив их за порог, я отправилась прибирать со стола. Трей следовал за мной неотступно и тоже начал собирать остатки еды.

– Что-то не так? – ровно спросил он после недолгого молчания.

– С чего бы вдруг? – с сарказмом сначала хмыкнула я и только потом подумала, что не стоило так делать.

Меня одарили таким пытливым и снисходительно-понимающим взглядом, что даже взбесило. И все-то он знает! А мне не говорит!

Видит бог, я планировала подождать до утра с этим всем говном.

– Да, не так, – сдалась я и едва не разбила тарелку, резко опустив ее на стол. – Но прежде, чем нам поговорить, мне надо подумать и успокоиться.

– Звучит как приговор, – пробормотал Трей, а после громче для меня сказал.

И продолжил собирать посуду. Молча! И самостоятельно что-либо объяснять он явно не собирался!

Тарелку до посудомойки я не донесла. Со всего размаха грохнула ее об пол рядом со столом. А потом сразу еще одну. И пару бокалов. Но это нисколько не успокоило клокочущий в груди гнев.

– А может, лучше поможешь?! – рявкнула я на Трея, который застрял рядом с посудомойкой.

– Бить посуду? – уточнил он, с сарказмом заломив бровь.

С рыком ударила кулаком по столешнице. Рука прошла насквозь, втянув следом за собой в круглое отверстие и часть скатерти. Я замерла, удивившись собственной силе. Многострадальная мебель же решила, что устала терпеть издевательства, и с треском сухого дерева просто развалилась.

Я стояла над ее трупом и тяжело дышала. Хотелось уже откровенно плюнуть на все и просто убежать как можно дальше. А Трей пусть ищет себе другую дуру.