Ведь так все хорошо складывалось: Рагнар нашел Аргура и взял меч, орки принесли во дворец Змеиный Глаз, гномы почти закончили Башню Власти, и вдруг – бах! За одни сутки все перевернулось с ног на голову. Капризный викинг вместо Ледяных Пиков поперся в Черные Дебри, Эйбус украл Камень, а строители теперь бороздят воздушное пространство над лесом, размахивая кирками. И еще этот занавес, будь он неладен. Кто же скрывает от короля его собственные владения? Абракадабр спит сном младенца, Корениус мечется в поисках Рагнара, Орден Друидов в надежных руках – неужели на сцену вышел кто-то еще? Или… Зигмунд поперхнулся и соскочил с дивана, пытаясь откашляться.
С трудом обретя способность дышать, он выпрямился и сжал кулаки. Неожиданная догадка поразила короля своей очевидностью и заставила схватиться руками за влажный лоб. Неужели Драгомор ведет двойную игру? Что, если он решил взять нити в свои руки и через местных агентов управляет Пророчеством? Или он уже здесь? Пусть частично, в чужом теле или как-нибудь еще?
Владыка Мурляндии открыл резной шкафчик и убедился в правильности еще одной мрачной догадки: коньяк кончился.
Король совершил задумчивую прогулку до окна, кивнул, соглашаясь с самим собой, и решительно подошел к металлической беседке в середине зала. Открыв кованую калитку, зашел внутрь и приложил кулон, висевший на запястье, к такому же кулону, но встроенному в стенку. Беседка дрогнула и поползла вверх, в отверстие, прорубленное в потолке.
Высоко под сводом Тронной Башни серое каменное тело наваливалось на рычаг и вращало его, наматывая тяжелую цепь.
Последние тридцать лет горгулий Грызгиг провел в тесной комнатке, рядом с огромной катушкой. В любое время дня и ночи он, подвластный медальону, должен был двигать по шахте узорчатую беседку, соединяющую Тронный Зал и личный кабинет Зигмунда. Когда-то, во времена правления старого короля, все желающие проследовать этим маршрутом пользовались винтовой лестницей. Теперь же она, оставленная на всякий случай, обнимала своими гнутыми пролетами каменное горло с окошками, внутри которого нынешний правитель устроил себе необычное средство вертикального передвижения.
Король Мурляндии действительно был большой придумщик. Возможно, если бы не его вредная привычка к черной магии, он вполне мог бы стать просветителем и изобретателем. Но характер Зигмунда легко перевешивал все плюсы королевской натуры, увлекая своего носителя в пучину мелочных страстей и алчных желаний.
