Мертвец (СИ)

То тут то там на пути темноты вспыхивали крохотные сверхновые, совсем немного, но всё же рассевающие наступающую тьму. Вот только силы были не равны. Свет всё реже вспыхивал отдавая позиции тьме.

Через некоторое время бой был окончен. Тьма, которую я назвал пожиратель доедала остатки, моего неизвестного благодетеля. Что самое странное мне показалось, что даже поглощенный тьмой свет всё ещё горел где-то там, в глубине. Пусть слабо, но все же огонёк его теплился во чреве пожирателя.

Понимая, что более ничто не мешает пожирателю добраться до меня, я приготовился к своей кончине.

Сжавшись в ожидании смерти я ждал. Но Он почему-то всё не приходил. Наоборот, будто бы потеряв ко мне интерес, тьма неторопливо сворачивалась в глубине моего сознания. Безопасная... до поры до времени.

Опасность миновала и моё сознание отключилось от действительности.

Открыв глаза, я на несколько минут впал в ступор.

Во-первых, меня смутила окружающая обстановка: Эта была не та округлая комната, в которой надо мной проводили ритуал и не тюремная камера.

Больше всего убранство места в котором я очнулся, напомнило мне комнату студенческой общаги. Такая же неряшливая и пропитанная духом тотального раздолбайства.

Везде куда бы ни падал взгляд, можно было увидеть хаотично сваленные кучки всякого хлама: носки, какие-то книги и странные пустые бутылки из разноцветного стекла, перья для письма. За исключением некоторых предметов в этом списке, обстановка абсолютно не отличалась от нормы.

Две кровати, два стула, два шкафчика и одна тумба между кроватями. Я сидел за одной из кроватей, привалившись к стене.

Создавалось ощущение, что меня так положили нарочно. Словно я плюшевая игрушка.

Ну а во-вторых, но далеко не по значению, меня удивили мои чувства. Кстати удивили как-то не до конца что ли? Если говорить конкретно то, их, в смысле чувств, не было. Хотя если хорошенько покопаться... то они были. Настолько слабые, я бы даже сказал атрофированные, что до них с трудом можно было дотянуться.

На первый план вышел холодный расчётливый разум, как у компьютера. Нет, я помнил, что мог ненавидеть, удивляться, радоваться, но почему-то не мог испытать эти чувства в полной мере. А то, что их заменило, было лишь бледной тенью, того, что я мог чувствовать ранее.

Наверно именно поэтому я не испытал никакого сверхъестественного шока или суеверного ужаса, когда увидел своё отражение в зеркале, стоящем напротив.