Мертвое море

И зачем себя обманывать-то? Хотелось мне эту девушку, еще как хотелось! Так и представил себе: вот сейчас разворачиваюсь и так обнимаю это шикарное тело, что сам задохнусь при этом от вожделения и предстоящей близости. И отговорка хорошая отыщется, чтобы оправдать нарушение данного слова «не приставать». Ведь не я первым полез обниматься! Она сама ко мне пришла!

Но я все лежал и лежал… прислушиваясь к еле слышному, настороженному дыханию. А может, и сонливость во всем виновата? Но разворачиваться так и не стал, постепенно вновь провалившись в навалившиеся сновидения.

"Уже гораздо позже, каким-то уголком вечно бдящего сознания, фиксировал наши пертурбации на узенькой кровати. Уснувшая Сюзанна меня вначале раз толкнула, потом еще пару раз, но уже грубее. Затем вообще что-то возмущенное шипела в мой адрес, типа «…жирный кабан, разлегся тут!..» Но даже моя бдительность не уследила: каким это образом и когда мы поменялись местами?

Потому что проснулся я под утро лежащим на спине, на краешке кровати и упираясь плечом и седалищем в подставленные стулья.

Что еще сразу осознал, так это полную боевую готовность моего детородного органа. Хотя тут, скорей всего, виноваты оказались чисто физиологические функции организма: в туалет хотелось не по-детски. Мои симбионты работали на наше всеобщее благо без перерывов на сон, и теперь следовало срочно избавиться от продуктов распада ведущейся «ядерной» реакции.

А когда вернулся, моя сокамерница уже вновь сидела за столом, бесцеремонно выбирая из остатков пищи самые вкусные кусочки. Словно случайно заметив меня, поздоровалась:

– О! Это ты? Привет! – И пояснила: – Люблю с утра плотно позавтракать.

– М-да? – не удержался я от скепсиса и вновь расслабленно заваливаясь на кровать. – А я вот не люблю, когда мне спать мешают… Ты чего по мне всю ночь ползала, словно пчела по цветочному пестику?

– Сам такой! Мог бы и сразу уступить даме лучшее место!.

– Могу еще лучшее предоставить, – игриво предложил я, похлопав себя многозначительно по животу.

За что удостоился уничижительного взгляда и презрительного фырканья. Ха! Подумаешь! Тоже мне еще цаца выискалась. Но вслух этого говорить не стал, утешив себя соответствующе:

«Все, что не случается, все – к лучшему! Развлекайся мы всю ночь, сейчас был бы никакой.