Мертвопись

Она что-то там долго так говорила, говорила, но я так ничего и не понял. Может, ты что-то об этом знаешь?

– Стас, в тот день, когда ты пошел работать в угрозыск, наука в твоем лице потеряла ценного исследователя, – рассмеялся Лев. – Что касается ледников, то я тоже так ни хрена ничего и не понял: откуда они взялись, куда и как ползли, а главное – зачем? Да как-то на этот счет и не заморачиваюсь. Растаяли они? Ну, и хрен с ними!

В этот момент тропинка вывела приятелей на вершину плоского холма, точно так же, как и низины, покрытого густым лесом.

Оглянувшись, Стас шумно вздохнул:

– Похоже, километров пять уже отмотали… Как бы не больше!"

"– Да, скорее всего. Видимо, мы уже на подходе… – Гуров тоже оглянулся. – Я вот думаю, этот Костя не за подмогой ли побежал?

– Хм-м-м-м… – На лице Станислава отразилась гримаса сомнения. – Вообще-то такое можно допустить… Деру он дал не слабо. Если буйных человек пять-десять наберется, то запросто могут устроить погоню. Давай-ка прибавим шагу.

– Давай прибавим… – ответил Лев, на ходу доставая из кармана телефон.

 – Но, на всякий, как говорится, пожарный, надо бы созвониться с местным ОВД. Пусть вышлют сюда свою опергруппу.

Набрав номер информотдела главка, чтобы через него выйти на здешних коллег, он некоторое время держал телефон у уха, после чего с удивлением отметил:

– Что за хрень-морковень? Телефон как будто отключился. Вообще – ни гудка, ни писка – тишина!

– Может, сел аккумулятор? – предположил Стас.

– Нет, заряд есть. Только сегодня утром подзаряжал… – Лев еще раз набрал номер главка.

 – Нет, все по нулям. Такое ощущение, что его отключили.

– Давай я со своего попробую позвонить! – сказал Крячко, доставая сотовый. Но и ему связаться не удалось. Его телефон тоже хранил гробовое молчание. – Чертовщина какая-то творится! – сунув трубку в карман, сердито фыркнул он. – Прямо какая-то аномальная зона. Кстати, Лева, обрати внимание, сколько здесь деревьев, закрученных штопором!

Здесь и в самом деле немалая часть деревьев росла не ровно вверх, как и полагается нормальному дереву, а с какими-то необычными загогулинами.

Одни деревья, как и отметил Стас, закручивались штопором, другие росли зигзагом, третьи переплетались меж собой, образуя причудливые композиции. Причем по мере спуска с холма аномальных деревьев становилось все больше, а хвойная растительность постепенно менялась на лиственную – на осины и березы.

Опера максимально ускорили шаг и теперь спускались с холма чуть ли не бегом.