«Причащалась» Верочка и во время беременности, что никак не могло не отразиться на соматическом и психическом здоровье малыша.
– Сколько раз я ей говорила: Вера, не пей! Тебе нельзя! У тебя же будет ребенок! А говорить ей – все равно что кидать в стенку горохом…
Жерар, по словам Александры Евгеньевны, рос ребенком нервным и склонным к антиобщественным поступкам. Одно слово – безотцовщина. Вера раза три сходилась с мужчинами, но ее пьянство всякий раз становилось причиной развода.
Учился Жерар в той школе, где работала Александра Евгеньевна, поэтому его взросление проходило на ее глазах. Прогулы, драки, курение, употребление спиртного… Все это было чуть ли не с первого класса. В «лихие 90-е» он подсел на наркотики. Лишь чудом удалось «слезть с иглы». Спас его живший в квартире напротив дед, который работал каким-то церковным служкой. Старик обкурившемуся и обколовшемуся мальчишке читал Евангелие, и однажды свершилось, можно сказать, чудо: тот и в самом деле «завязал» с наркотиками, прошел курс лечения, нашел постоянную работу, женился.
Было это лет десять назад. А потом дед умер, и все вернулось «на круги своя». Жерар снова запил, семья распалась, жизнь обратилась в мрак."
"– Вера умерла от пьянки в две тысячи восьмом. Ее родителей не стало еще в девяносто пятом – оба отравились «Роялем»… – Александра Евгеньевна сокрушенно вздохнула.
– А Жерар, как от него ушла жена, так совсем меру потерял. Пил беспробудно. И допился – влез в долги, и его прижали коллекторы. Продал квартиру. Теперь, кажется, живет на Афонинской, чуть ли не с моей ровесницей…
Уточнив у Александры Евгеньевны, где это может быть, и договорившись с ней о том, что она ему позвонит, если Жерар вдруг появится у их дома, Гуров попрощался и вышел из подъезда, чрезвычайно довольный итогами этих двух встреч.
Сев в свой «Пежо», он созвонился с дежурным информотдела и поручил ему передать распоряжение участковому Тополевского ОВД, в чьем ведении улица Афонинская, срочно разыскать квартиру, где, на положении бомжа, обитает Жерар Снякунтиков. Сразу после этого он созвонился с КЭМТ – Клиникой экспериментальных медицинских технологий, куда, по некоторым сведениям, в окончательном варианте поместили тело Лунного.
