Мертвый мир. Анклав

Тот, кто не может обеспечить себе определенный доход, выдворяется, тот, кто не работает, выдворяется.

— Жуть, — бросила Алиса, — такого никогда не будет.

Сергей пожал плечами.

— Это раз уже было, просто подавалось под другим предлогом. Расправы с евреями, коммунистами, инакомыслящими. Чем это отличается? Посмотри на нас внимательно, в этой комнате двое людей, которые здесь потому, что от них избавились, как от мусора. Но разве они такие уж плохие люди? Ты боишься Пыжа? А ведь он убийца.

Девушка мотнула головой.

— А с Максом ты вообще спишь, а ведь он преступник.

Он оступился, наделал много нехорошего, пострадали люди, но разве его преступление такое уж тяжкое?

— Я не знаю, — растерялась Алиса, — я никогда его не спрашивала, за что он тут. — Она посмотрела на своего мужа. — Расскажешь?

Все в комнате, даже задумчивая Наташа, посмотрели на него.

Макс с минуту молчал.

— Хорошо, — наконец, нехотя, произнёс он. — Особо нечего рассказывать. Я был старшим следователем в районном отделе милиции, у меня было дело, касающееся одной группировки, которая занималась разбоем и крышеванием подпольных борделей.

Тогда у меня ещё была семья. Мы арестовали почти всех, и уже праздновали победу, когда мне позвонили. Неизвестный сообщим мне, что моя жена и дочь у них, и если я не хочу, чтобы они умерли, я должен развалить дело. Я развалил дело, тем более о ключевых доказательствах знал лишь я, и только мой свидетель мог доказать их вину. Его убили, бандитов отпустили, мне вернули жену и дочь, но я навсегда попал на крючок. Я работал на них полтора года, я стал гнидой. Жена ушла, забрав Светку. Я не буду говорить, сколько я наворотил, много, очень много. В итоге меня взяли, я сдал ещё нескольких ментов. Банду тоже взяли, мне на зоне вынесли смертный приговор, но я прожил достаточно долго, чтобы оказаться в этом мире. Вот и вся история.

Сергей посмотрел на Алису.

— Ну, что скажешь, насколько он виновен?

— Виновен, — подумав, ответила девушка, кося глазами на своего мужа.

Рыбак видел, что она нервничает из-за вопроса, боится, что обидится или рассердится, но Макс был спокоен, он взял её руку в свою.

— Все нормально, милая, — успокоил он жену, — говори, что думаешь.

— Да нет, — слегка дрогнувшим и неуверенным голосом произнесла Алиса, — ты ведь начал работать под давлением, а не сам выбрал этот путь?

— Спасибо, что щадишь меня, но нет нужды, я сам скажу. Поначалу было давление, потом появились грязные деньги, а потом жена ушла, я даже сам потерял её след.