Мертвый мир. Анклав

Подыхать не хотелось, особенно так. Похоже, его спасал шлем, если бы не он, давление на череп было бы куда сильнее. Сергей потерял счёт времени. Пытался считать секунды, но боль не давала сосредоточиться, и он сбился где-то после шестисот.

— Командир, рот закрой, — раздался из темноты едва слышимый голос Тимира.

Рыбак послушно захлопнул пасть, набрав в лёгкие как можно больше воздуха. Он чувствовал, как по губам течёт жидкость, но не знал, помогает то, что делал его напарник, или нет.

— Получается, — в голосе Якута прорезались радостные нотки.

 — Ты это здорово придумал, командир. Потерпи, она размягчается и медленно тает, да и не липнет больше.

Но Сергей и сам чувствовал, как ослабло давление. Он постарался закрыть глаза. С левым вышло без проблем, а вот с правым гораздо хуже, ресница прочно увязла в клею, но в этой борьбе победил он, похоже, просто вырвал её.

Вскоре дышать стало легче. Несколько раз Якут останавливался и позволял Сергею набрать новую порцию воздуха, во рту появился вкус ацетона, голова кружилась, а скоро и запах появился, но это всё мелочь по сравнению с тем, что Сергей снова мог дышать.

Давление исчезло полностью, кожу пощипывало. Он рефлекторно вытер лицо чистой тряпкой, которую ему протянул Якут.

— Спасибо, я твой должник.

Тимир покачал головой.

— Нет, убай, ты мне ничего не должен.

— Опять ты с этим убаем? — возмутился Сергей.

— Извини, командир, привычка. Что делаем?

— Ищем другую дорогу, половину пути мы прошли, задачу никто не отменял.

Только надо отмыться от этого запаха, а то меня любой часовой с сотни метров унюхает.

— Тогда тебе повезло, там, за углом, бочка с дождевой водой, чудо, что её не разорвало. Я даже мыло старое хозяйственное видел.

— А вот это тема, оно всё, что угодно, отмывало.

Через двадцать минут Сергей сидел с чистой головой и наблюдал, как Якут чистит от застывшего паучьего клея лезвие ножа. Хотелось курить, но здесь, в бесконтрольных землях, это нельзя делать, местные хищники отлично наводились на запах табака.

Забравшись по скрипучей едва живой лестнице на чердак домика, Рыбак осмотрел прилегающую местность, до паучьего логова было примерно метров двести. Рядом с деревом, где они засекли первую тварь, среди обглоданных костей лежала тушка паука, не сказать, что большой, с взрослую корову. Чердак, куда Тимир закинул гранату, дымил, но не сильно, похоже, там что-то тлело. Второго паука видно не было.