Вырвавшийся из ладони сгусток энергии крутанулся в воздухе, на мгновение ослепив привыкшие к темноте глаза, а затем послушно полетел вслед за Тэйтом.
Теперь Эль отчетливо видела, как Грегори, наконец доплыв до тела, перехватил его под грудью и, стараясь держать голову жертвы над водой, погреб к берегу."
"Девушка, теперь в этом не было сомнений — ее темные длинные волосы казались изорванными водорослями или щупальцами какого-то морского чудовища на фоне светлой рубашки Тэйта.
И тут до Элинор дошло: не тело — живая! Трупы из воды вытаскивают не так!
Матерясь про себя всеми возможными ругательствами, которые только знала, Эль лишь сейчас сообразила перейти на магическое зрение.
Темные маги, конечно, не видят состояние здоровья других по ауре так, как на это способны белые, но отличить мертвого от живого-то могут. Ну что она за дуреха, в самом-то деле?!
Аура, которую Эль теперь прекрасно видела, была рваной и тусклой. Но ведь была. Живая… Живая!
От досады на саму себя и свою недогадливость посмотреть раньше Эль со злости притопнула ногой.
И сразу же об этом пожалела: как только опоры стало меньше, соленая морская вода немедленно попыталась ее опрокинуть и утянуть за собой на глубину.
Расставив руки в стороны для равновесия, Элинор снова ругнулась сквозь зубы и, преодолевая сопротивление воды, поспешила на сушу. Если девушка жива, медлить нельзя. Нужно как можно скорее вызвать целителей, нужно…
Нужно было думать, а потом делать!
Эль едва не застонала, когда зажгла над собой еще один «светлячок» и извлекла из кармана брюк блокнот.
Промок. Промок, чтоб его, до нитки!
Выйдя на сухую гальку, она швырнула блокнот на землю и распростерла над ним руки, собираясь выпустить магию — высушить, скорее.
— Что ты делаешь?! — рявкнули со спины, и Эль стремительно обернулась.
Тэйт со своей ношей уже тоже выбрался на берег.
— Вызываю помощь…
— Потом! — Отфыркиваясь от все еще бегущей по нему струями воды, Грег неловко опустился на одно колено, бережно кладя бледную до синевы девушку на камни.
— Помоги лучше ее перевернуть!
Элинор оставила блокнот в покое и бросилась на помощь. «Светлячок» полетел за ней, и, когда оказался рядом с тем, что все еще висел над головой Тэйта, на берегу стало вдвое светлее, а кожа пострадавшей показалась еще более синей.
— Да она совсем еще ребенок, — ахнула Эль, опускаясь на корточки рядом.
— Она не дышит!
И угасает: с каждым мгновением из без того бледная аура меркла все сильнее.
