Мерзавец высшей академии

Габриэль Мейз ждет меня или моего ответа?!

Но еще неделя не прошла.

В любом случае, я готова поговорить с ним уже сейчас…

Я не стану соглашаться на его предложение и останусь с Лоренсом Блэквудом, несмотря на риск, к которому ведут наши отношения.

Мы справимся. Он обещал.

Всю лекцию я просидела в напряжении.

Блэквуд периодически бросал в мою сторону проницательные взгляды, а я делала вид, что работаю над сферой.

Я не могла сконцентрироваться, а точнее не хотела.

Рыться в глубинах своей памяти казалось бессмысленным, учитывая, что в прошлом меня ждут ностальгия и тоска, а в будущем — отчисление и позор.

Нужно было как-то продолжать двигаться дальше.

После занятия я отправилась в кабинет ректора, с большим трудом уговорив Блэквуда не идти за мной.

Ох, сколько раздражения и злости я услышала в ответ…

Благо меня этим не напугать.

Я стояла возле широкой двери Габриэля Мейза и не решалась постучать. Волнение усиливалось, отзываясь неприятным спазмом внизу живота.

Нужно зайти в кабинет, сказать «нет» этому суровому магу и уйти…

Ничего сложного.

В памяти вдруг всплыл инцидент с учеником, чья мать приходила разбираться по поводу ожогов ее сына. Не знаю, что там произошло на самом деле, но меня это немного настораживало.

Сделав глубокий вдох, я постучала в дверь, и та сама открылась, впуская меня внутрь.

— Элана… — поприветствовал Габриэль, поднимаясь с кресла у журнального столика. — Проходи.

— Вы позвали, чтобы я дала ответ, — выпалила сразу с порога, желая побыстрее покончить с этим.

— Я позвал тебя не за этим, — внезапно перебил он, и я озадаченно замолчала, заглядывая в его темные глаза.

Нет? Но тогда зачем я здесь?

— К тебе пришли, — кратко пояснил маг, указывая на соседнее кресло, что скрывало гостя за широкой спинкой, повернутой к двери.

Странное предчувствие колыхнулось внутри, и я невольно сжала в пальцах подол юбки.

— Рада тебя видеть, Элана… — раздался знакомый ровный голос, и женщина грациозно поднялась со своего места, поворачиваясь ко мне лицом.

— Мама? — удивленно прошептала я, окончательно растерявшись. — Что ты здесь делаешь?

— Глупый вопрос, — она недовольно изогнула губы в тонкую линию. — Пришла увидеть дочь.

Ее появление стало для меня, пожалуй, большей неожиданностью, чем собственная беременность.

Она последняя, кого я ожидала здесь увидеть.

— Я… — не знала, что сказать. Мы не виделись более трех лет.