Месть Акулы

Вдобавок Акулов кое-что слышал о нём во время нахождения под стражей. В переводе с тюремного на литературный язык Мамаев характеризовался сидельцами как человек беспринципный, жадный и ловкий. Услуги его стоили дорого, но и результата он, как правило, добивался. В случаях, когда клиент оказывался недоволен, от наката его оберегали мощные связи среди братков. Некогда Мамаев служил в милиции, но давно снял погоны и тот период жизни вспоминал неохотно.

Мысли Андрея и Сергея совпали, но оба, естественно, промолчали. Тростинкина, стоявшая лицом к адвокату, обернулась и посмотрела на них, взглядом давая понять: «Не я же буду искать кабинет!»

Помог Борисов.

Он приковал задержанного наручниками к батарее и вышел в коридор:

— Можете здесь посидеть. А мы уйдём, чтобы вам не мешать. Когда закончите — позовите.

Доброжелательный тон Борисова насторожил адвоката. Он нахмурился с видом «Знаю я ваши ментовские штучки!», пригладил тонкие усики и зашёл в кабинет, зацепив «дипломатом» дверную коробку.

— Какого чёрта вы его пригласили? — спросил Акулов напарника, хотя и был уверен в ответе: приехала Рита, Миша увидел её, приободрился и вспомнил о своих правах.

Так и оказалось. Опередив Волгина, ответила Рита:

— Мне нужно было его допросить, а он отказался разговаривать без адвоката. Мне пришлось позвонить. Мамаев защищал его ещё по первому делу, договор заключён давно и действует до сих пор, так что формальных поводов для отказа я найти не могла. Хотела бы я знать, откуда деньги на такого защитника?

— А ты догадайся…

— В дежурке как раз была «скорая помощь», — сообщил Волгин.

 — Я их позвал, так что Мишу успели немного подштопать. Царапина у него пустяковая, но если Мамаев поднимет шум, с нас спросят так, словно мы отымели Мишу в задний проход. Причём отымели неоднократно.

— Он обязательно расшумится, — заверила Маргарита. — У него такой метод работы и много знакомых, от «нужных» врачей и экспертов до тестя.

— А кто его тесть?

— Зампрокурора города. Собутыльник моего папочки, они вместе парятся в бане и ходят играть на бильярде.

Так что, если будете со мной дружить, всё обойдётся.

— Да, мир тесен и несправедлив.

— Вы сами-то с Михаилом поговорили? Какой он из себя?

— Гнилой. Клянётся, что любил Каролину до гроба и ничего не знает про убийство. Врёт, но непонятно зачем. Сам, как мне кажется, не при делах.

— Может быть, кого-то прикрывает?

— Непохоже.

Борисов с интересом прислушивался к разговору, одновременно что-то напряжённо обдумывая.