Месть Акулы

Никаких выписок он не делал, копий с документов не снимал. Возвращая ОПД Волгину, резюмировал:

— Туфта полная.

— Ну извини! Как говорится, чем богаты… А тебя это с какого боку интересует?

— Ты чего, забыл, что ли? Это же я, лично я, Дракулу в клетку определял!

— Его определил — пора и за других браться.

— Другие никуда не денутся, дотянемся и до них. Начальство требует, чтобы по этому «пятернику» мы тоже поработали. Дескать, тема откровенно наша, нам, стало быть, и карты в руки.

— Правильно требует. ОПД к себе забрать не хотите? Или вы, как всегда, исподтишка ковырять станете? Если получится — вы герои, если не выгорит — мы виноваты в том, что вам помешали…

— Прекрати.

 — Фадеев поморщился; такого рода упрёки ему приходилось слышать частенько, и он не мог игнорировать их некоторую справедливость, хотя и привык при посторонних отстаивать честь мундира. — Одно дело делаем, а что Санитара с братвой завалили, так туда им и дорога. Жалко лишь, что они с собой множество «глухарей» в могилу унесли… Между прочим, по нашим данным, именно Санитар задушил Сиволапова[5].

— Хоть что-то полезное успел в жизни сделать! Глядишь, на том свете ему этот подвиг зачтётся… Мы с Андреем приехали на место первыми, но не застали уже никого, кто мог бы хоть в чём-то признаться. Как, кстати, наш друг Дракула поживает?

— Рассчитывает очень скоро выйти на свободу. Мы предпринимаем нужные шаги, но… Короче говоря, есть информация, что одному судье уже проплачены бабки, и он в начале следующего месяца изменит Графову меру пресечения с ареста на подписку о невыезде.

Причина — невероятно пошатнувшееся здоровье авторитета.

— Оно действительно так пошатнулось?

— Спрашиваешь! На десять килограммов поправился. Думаешь, это легко?

— Ужасно…

— Кстати, для тебя есть подарок. — Фадеев достал из полиэтиленового пакета книгу толщиной с половину энциклопедического словаря, такого же формата.

На обложке крупными золотистыми буквами было написано: «Стрелковое оружие», с жирным ударением на первом слоге.

«А. А. Графов. Полный обзор наиболее распространённых типов от 1242 года до наших дней. Издательство „Пресс-хата""».

— Что это?

— Сашутка-Дракула, томясь в заключении, даром времени не терял, — пояснил Фалеев, с удовольствием наблюдая реакцию Волгина. — Проштудировал в тюремной библиотеке историческую литературу и создал свой эпохальный справочник. На днях его адвокат, Венечка Трубоукладчиков, созывал по этому поводу пресс-конференцию.