Знаешь, что он сказал? Прямо при ней? ""Ты холодная в постели и с тобой скучно"".
- Какой кошмар! Ну и сволочь.
Мы с Соней ужинаем. Я излила душу, получила необходимую порцию сочувствия и мне немного легче.
Вскоре присоединяются Сиволапова с Чуваковой. Приходится рассказывать тошнотворные подробности измены еще раз.
- Никогда мне не нравился, похотливый козёл! Свалил, и скатертью дорога! – выносит вердикт Ирка.
- Нового тебе найдём, – поддерживает Наташка. – У Миллера остались еще неженатые друзья, Сонь?
Я вклиниваюсь:
- Отношения – это просто не моё.
Всё, зарекаюсь. Работа, учёба, и больше никаких мужчин близко! Год! Нет, два!
- Двадцать два! – рявкает Ната. – Чтобы пережить такую подставу, тебе наоборот нужен мужчина. Только не такая двуличная скотина, как Волгин! А нормальный!
- Где его сейчас взять?
- Это уже другой вопрос. А пока... Давайте выпьем за здоровье этого урода, чтоб у него свисток отсох...
Мы чокаемся бокалами с белым сухим. Только у Сонечки – клюквенный морс. Она беременна, и морщится сейчас даже от запаха вина.
За яростным обсуждением кар, которые должны непременно свалиться теперь на моего бывшего, не слышим, как открывается входная дверь. Хозяин вернулся, и не один.
- Они тут свистки обсуждают! – улыбается Марк, занося в кухню несколько фирменных пакетов. – Привет, девчонки. По какому поводу пьянка?
Красивый у Сони муж, от души за неё рада. Натерпелся он, бедняга, пока добивался её. Ирка с Натой заподозрили успешного адвоката, ухаживающего за молоденькой студенткой, во всех смертных грехах, и основательно усложнили ему задачу.
- Ольга, наконец-то, бросила Волгина! – выпаливает Ната.
Я цыкаю, но поздно – подробности на Миллера льются водопадом.
Чёрт. Одно дело – обсуждать такие деликатные вещи с подругами, и совсем другое – при мужчинах.
А вслед за Марком в просторную кухню-столовую заходят еще двое. Одного знаю – это толстячок Феликс, владелец модной сети лаунж-баров. А второй...
Высокий широкоплечий парень лет двадцати пяти – двадцати семи.
Тёмные волосы аккуратно пострижены и немного топорщатся в художественном беспорядке. Тёмные выразительные глаза, взгляд со смешинкой. Прямой нос, чётко очерченные губы изгибаются в приветливой улыбке.
Одет в простую серую футболку и однотонные синие джинсы, на запястье – часы такого же, как у Марка, бренда. А значит, стоят как наша съёмная двушка.
Интересно, кто он? Все миллеровские друзья в той или иной степени успешны.
- Дмитрий, – представляется незнакомец.
