Такое спрашивать после многомесячной разлуки – наглость, конечно, с его стороны. Отвечать я не обязана.
Но он, похоже, искренне переживает. Или я опять хочу видеть в мужчине то, чего на самом деле нет?
- Я уверен, он на меня будет похож. Генетическая экспертиза подтвердит...
Молчу. Глаза жжёт от слёз.
- Он твой, Соболев. И у меня никого после тебя не было. Доволен?
Слышу глубокий вздох.
- Счастлив. Но хотел бы знать, почему ты от меня это скрыла.
Он подносит мою ладонь к своему лицу, целует и прижимает к колючей щеке.
Мы целуемся долго, проникновенно, с наслаждением, которое закипает в крови и плавит тело.
Дима сдвигает кофту выше и касается груди сквозь тонкую спортивную майку.
Я дышать перестаю, так сильно мне хочется, чтобы потрогал.
И он исполняет моё желание – склоняется, подхватывает зубами край и тянет вверх. Чувствую его дыхание кожей. Она там особенно чувствительна теперь.
Соболев, похоже, помнит, что мне нравится и в каком порядке.
Влажный язык кружит вокруг соска. Ладонь обхватывает полушарие, и губы смыкаются на вершине.
Больно, но и безумно приятно. Так хорошо, что выгибаюсь в спине, сжимая плотнее бёдра.
Ему тоже приятно. Он дышит часто и тяжело, из груди вырываются гортанные стоны. Запускаю пальцы в густые волосы и с силой сжимаю, поощряя.
- Тебе можно, Оль?
Не понимаю сперва, о чём он спрашивает. А сообразив, начинаю нервничать.
- Ты хочешь... прям здесь?
- Очень. Я утащил бы тебя к себе в отель... Но не могу никак оторваться."
"Если совру о том, что доктор запретил мне секс, Соболев с меня, конечно, слезет.
Так и нужно сделать. Но я медлю.
Ещё немного. Минутку.
Он снова гладит живот. Нащупывает ряд пуговиц сбоку на бедре и начинает их расстёгивать.
Самое время его остановить. Если заберется дальше, у меня просто воли не хватит сказать ""нет"".
Он втягивает в рот сосок, играет языком, облизывает. Интересно, заметил, что у меня не только живот вырос?
Вот он нисколько не изменился за то время, что мы не виделись. Такой же мужественный и неотразимый.
Соболев спускает мои джинсы. Проводит костяшками пальцев по линии от пупка до самого средоточия моего возбуждения.
Дрожь прокатывается по телу.
Чувствую холодок в самом чувствительном месте. И прикосновение.
Дима осторожно гладит, растирая влагу по коже круговыми движениями.
Я бесстыдно поддаюсь его руке, подстраиваюсь под заданный ритм. Прикусываю губу, не в силах сдержать стон. И слышу сквозь пелену первобытного удовольствия его ласковый шёпот.
