Но напряжение этого сумасшедшего дня отпускает только, когда вижу в дверях Кирилла.
- Тебя запросто убить могли, Димон! Импровизация – это не всегда хорошо! – отчитывает Вертинский, опуская пистолет. - Мы так не договаривались! А если б штурмовать пришлось?!
Он прав. Могли быть жертвы. Но кто же знал, что Скляр решится на отчаянный шаг?
- Это я сейчас в полной мере осознаю опасность ситуации. А еще несколько минут назад... – начинаю оправдываться. - Так всегда происходит – стресс запускает какие-то защитные механизмы.
Страх уходит. Полная концентрация.
Пока коллеги занимаются инсценировкой грабежа, пытаюсь дозвониться до Ольги.
И никак не могу.
На грудь будто гирю положили, так сложно становится дышать.
Трубку, наконец, снимают. Слышу голос отца и не успеваю ничего спросить, как он взволнованно сообщает:
- Мы едем в больницу. У Оли роды начались. С тобой всё в порядке? Ты где?!
- Нет, ещё рано! Ещё несколько недель! – я повторяю, будто слова могут что-то изменить.
Меня трясти в ознобе начинает.
Глава 42 Дмитрий
Глава 42 Дмитрий
Залетаем с Кириллом в светлый больничный холл. Сразу привлекаем внимание персонала и пациентов.
Нас встречает кто-то из парней, приставленных к Ольге в Москве.
На ходу стягиваю верхнюю одежду и бросаю им, не глядя. Беру комплект, в который необходимо облачиться для посещения реанимации новорожденных. И иду в кабинет к врачу.
Ночь уже, и я очень благодарен ему, что меня дождался. Поговорю с ним, пока Оля спит.
- Дмитрий Вадимович, примите поздравления с рождением дочери! – он улыбается, протягивая руку мне через стол. – Присаживайтесь.
- Она сама?
- Сама, сама. Стремительные роды, два успели доставить в отделение.
Просматриваю бумаги. Буквы перед глазами плывут, так я сегодня устал. Вес, рост, восемь баллов по АПГАР...
- Меньше тридцати семи недель было...
- Да, малышке придётся задержаться ненадолго здесь, набрать вес. Но она полностью здорова.
- А мать?
- Мать тоже. Сейчас отдыхает.
Оля в порядке. Слова врача сняли мой самый большой страх – потерять её.
Хочу скорее к ней. Но успокоиться нужно сперва. Я всё ещё взвинчен.
- Можно мне к дочери сейчас?
- Да, у нас открытая реанимация. Вы можете помыться и переодеться в палате, которая за вами закреплена. Чуть позже туда переведут ваших девушек, – он улыбается.
И я улыбаюсь, как дурак. ""Моих девушек"". Молчу и улыбаюсь.
***
На подготовку уходит всего минут десять.
