Если бы не пробитые пулями дырки, в которые она вытекала, то и перехлестнуло бы. Несколько десятков литров кислоты вступило в реакцию с металлом шкафа, бурно пузырясь и пенясь, словно вскипая. Уцелела только одна крайняя бутыль с плотной резиновой пробкой, сверху замотанной для надежности голубой изолентой.
Положив горящий фонарик на табуретку, Славка схватил емкость обеими руками за горловину и выдернул из шкафа, пока цела. Торопливо принялся сдирать изоленту. Угрожающий скрежет со стороны дверей делался все настойчивей, заставляя торопиться.
Вытащив пробку, он вставил в задымившее горлышко стеклянную трубку и сдавил надетую на неё резиновую грушу. Отпустил и почувствовал, как та тяжелеет, становится холодной, почти ледяной, втягивая содержимое бутыли. В прихожей посыпались кирпичи, и что-то звонко треснуло.
Славка метнулся в тесный коридорчик. Угловатое каменное крошево на полу даже сквозь толстые шерстяные носки кололо ноги. Вверху над дверной коробкой светилась широкая щель. Дверь ритмично содрогалась, и несколько глоток так же ритмично хыкало, налегая на лом или чем там они пытались выдрать стальную преграду.
Осторожно поддерживая обеими руками холодную грушу, Славка задрал ногу и с трудом взгромоздился на тумбочку возле косяка. Потом распрямился, набрал полную грудь воздуха, выставил стеклянную трубку в расширяющуюся на глазах щель и большими пальцами вдавил тугое резиновое дно, словно гашетку пулемета ""максим"". Он водил стеклянным стволом, извергая тугую струйку, и с наслаждением вслушивался в сдавленные вопли и звон брошенного на цементный пол инструмента.
А вот не угодно ли клизму, господа, сорокаведерную!
Швырнув на пол мгновенно опустевшую грушу, он прямо с тумбочки прыгнул в мастерскую, чтоб не наступать на колючие кирпичные обломки. И тут же дверь гулко зазвенела под градом пуль, выпущенных из нескольких бесшумных стволов. Потом кто-то, рыча и подвывая, остервенело заработал ломом, так что лопнуло крепление широкого засова.
Славка в свете лежащего на табуретке фонарика увидел, что нижнее отделение вытяжного шкафа наполнено кривыми осколками стекла и отбитыми горлышками с плотно вколоченными пробками.
Кислота, похоже, вся слилась в пулевые отверстия. Входная дверь с грохотом упала, и Славка, не раздумывая больше, привычным маршрутом сиганул на верхнюю полку шкафа. Смерть рычала за спиной и клацала затворами.
Отчаянье – плохой советчик, но когда оно приходит, советоваться уже не с кем.
