Как жизнь? – Вопрос был ритуальный и ответа не требовал, только насторожил. – Разговорчик есть. Ты бы, может, подошел ко мне завтра утречком часиков в одиннадцать. Где мой кабинет находится, ещё не забыл?
Естественно, Валера помнил, и очень хорошо. В свое время неплохо поработал на ""преображенцев"", помог им получить большинство в областной думе. Понятно, что намечающийся разговор должен иметь прямое отношение к предстоящим выборам. Наверное, возросший рейтинг Будякина встревожил губернскую власть. Ведь избрание в Госдуму недружественного кандидата ослабит позиции ""Преображения"".
Интересно, что предложит Турганов?
По логике событий, власти, пока не поздно, должны задружить с вероятным депутатом, чтобы он лоббировал в Госдуме интересы области. В первую очередь, пока не поздно, им следует прекратить поддержку Ляпунова и высказаться в пользу Будякина. Потом предложить что-то весомое, вроде содействия в бизнесе, льготных кредитов или налоговых освобождений для фирм, на которые укажет депутат.
"
"Но у событий может быть и другая логика. Тогда станут предлагать прямо противоположное: пусть Будякин снимет свою кандидатуру, а мы придержим компромат на него, дадим возможность аккуратно выйти из игры и унести свои денежки. В таком случае надо потребовать для него достаточно высокую должность в губернских структурах, и пусть думают. А времени на размышления у них нет, выборы буквально через неделю.
Пока Горелов прикидывал, как повести себя в том и другом случаях, раздался ещё один телефонный звонок, и ещё один хороший знакомый изъявил желание встретиться завтра часика в три дня.
Этот знакомый представлял команду мэра города, и уж он-то точно мог только пугать и грозить. Скорее всего, мэра, склонного к авторитаризму, малоуступчивого и желающего периодически подчеркивать свое влияние и значимость, глубоко оскорбляли успехи заклятого зама. Когда-то он сам привел Будякина на высокую должность, не заметив его корыстолюбия и амбициозности, проглядел, как тот погряз в коррупции, и сейчас не мог ему этого простить.
Еще больше не мог простить, что вынужден покрывать его грязные махинации, чтобы не пятнать мэрию в глазах общественности. Ведь тогда и на самого мэра падет подозрение в соучастии. Враги с радостью обвинят его не только в попустительстве, но и начнут распускать слухи о личной причастности, о доле, отстегиваемой в его собственный карман. Испачкают так, что керосином не отмоешься.
