Значит, находятся в неравных условиях, а это нарушение закона. И Облизбирком поступит справедливо, если изменит сроки голосования, перенесет недельки на две. А за это время можно обработать электорат в нужном направлении.
Вариант с массированным выбросом компромата особо не рассматривался, поскольку проигрывался уже сто раз. Главное, самый опасный компромат находился в руках самого Горелова. Вот эти бумаги могли бы сработать, зародить в умах избирателей сомнение в ""народном кандидате"".
Поручив своим работникам наработку плана действий на случай отмены или переноса выборов, Горелов отправился в мэрию, где в три часа должен был состояться следующий серьезный разговор. Он даже обедать не стал, аппетит отшибло начисто. Но аппетит испортился вовсе не от результатов мозгового штурма. Поступило сообщение о прекращении предварительного голосования.
С утра ни одному человеку не удалось получить избирательный бюллетень. А ведь людей организованно подвозили на автобусах партиями по тридцать-сорок человек.
После голосования их должны были отвезти в арендованную столовую, накормить обедом и напоить водкой, а затем ещё выдать по желанию каждого продуктовый набор, или литр водки, или деньгами. Но конвейер остановился, приходилось подсчитывать убытки.
В Облизбирком дозвониться не удалось. Складывалось впечатление, что все разбежались, а двери заперли без всяких объяснений.
Горелов понял началось. Этот вариант его мозговики упустили, не проработали.
А беседа в мэрии оказалась не кулуарным шушуканьем, а официальной встречей с далеко идущими последствиями. Достаточно сказать, что все происходило в одном из кабинетов финансового отдела, где непрезентабельный клерк среднего ранга, серый и скучный, как советский роман о передовике производства, кинул блеклый взгляд поверх очков и сказал, кивнув:
– Ага, директор ""Бюро социальных технологий"".
– И зашелестел бумагами, долго отыскивая нужную. – У нас тут проходит основательная финансовая проверка, вскрыты массовые факты, имеют место быть различные злоупотребления, а по ряду позиций даже обнаружились… Ага! Вот! – Он обрадовался, словно вытащил выигрышный лотерейный билет или ордер на новую квартиру, а не пару листочков, сколотых гнутой булавкой.
Этот серый тип вызвал у Горелова острую неприязнь.
