Уж коли накрыли банду, то, чем она многочисленней, тем более впечатляюща победа над преступностью. Будякина объявят главарем, Старкова – главным головорезом, а Горелова – мозговым центром. В суде, допустим, он отобьется, докажет, что не при чем, но вся жизнь пойдет прахом.
Раскрыв трубку сотового телефона, Горелов набрал номер Старкова. Тот отозвался почти мгновенно.
– Привет, это Валера. – Горелов не рискнул назваться по фамилии, вдруг кто-то записывает разговор на магнитофон. – Тут по радио сообщили о стрельбе в десятой больнице.
Ты не в курсе, что там такое?
– А тебе что за дело? – взорвался в ответ Старков. Горелов, поморщившись, даже трубку от уха отстранил. – Все-то ты знаешь, всюду нос суешь. Смотри! – И вдруг переменил тон на прямо противоположный. – Ладно, не сердись. Ты где сейчас, посоветоваться надо.
– Да где же мне быть? – изобразил удивление Горелов. – Дома, конечно. Только, знаешь что, я сейчас себя хреновато чувствую. Наелся таблеток, ложусь спать и телефоны выключаю. Давай завтра с утра?
– Давай, – легко согласился Старков.
– Ладно, тогда отдыхай, а завтра на свежую голову… Спокойной ночи!
""Как же, так я тебе и поверил!"" – подумал Горелов, убирая телефон. Совершенно очевидно, что Старков прекрасно понимает: завтра его объявят в розыск. Сейчас ему надо заметать следы и убирать свидетелей. Будякин соучастник и организатор, а вот Горелов носитель опасной информации. И Старков знает, что эта информация имеет вид досье, хранящегося дома у директора ""Бюро социальных технологий"".
Значит, должен явиться на дом прямо сейчас. Что ж, пусть приходит.
Горелов продолжил цепочку логических рассуждений. Еще неделю Будякин, теоретически, остается неприкосновенной личность, поскольку зарегистрирован кандидатом в депутаты. Есть у него такая льгота на время выборов. Но это милиция его трогать не может. А вот для Ижака такие иммунитеты не существуют. Как только станет известно, что Серафим остался без телохранителей, бандиты потребуют обратно свои денежки. Иначе они не бандиты, а лохи деревенские, и над ними будет потешаться вся Сибирь, а уличные побирухи пальцем тыкать.
Так что первым делом они явятся опять-таки к Горелову и скажут: ""Ты наши бабки отгребал? Гони обратно взад!"" Потом подвесят за ноги и примутся деньги выколачивать. Возможно, даже раскаленным утюжком.
Следовало немедленно уносить эти самые ноги и стараться не оставлять следов, чтоб по ним не отыскали. Собственно, что бросал здесь Горелов, кроме жены? Детей у них не было.
