Так что ещё неизвестно, кто от кого больше зависит.
Таким образом закончил Горелов срочную службу в звании старшего сержанта, с полной грудью значков, кучей благодарностей от самого высокого начальства и великолепной характеристикой, годной для поступления в Академию генерального штаба, а не только для восстановления в университете. Самое смешное, что в армии он стал кандидатом в члены КПСС."
"При этом от начальства не скрывал, что его выперли из комсомола за идеологическую диверсию. Замполит полка катался от смеха, когда Горелов наизусть пересказывал статьи из колхозного ""Правдеца"".
На второй день службы его снова приняли в первые ряды молодых строителей коммунизма, выписав новый комсомольский билет. Посоветовали поменьше вспоминать о былом, но под настроение начальники нередко просили рассказать про ""Правдец"", сопровождая повествование своими ядреными шутками. Только самые большие замполиты ничего не знали об этой истории и легко пропустили штабного писаря в партийные кандидаты.
Сам Горелов рассматривал свою партийность как прививку от бешенства с нею безопасней собачиться с кем бы то ни было.
Кстати именно так это и воспринималось большинством сознательных коммунистов. Пожалуй, только те, кто дожил до бессознательного возраста, считали, что занимаются строительством коммунизма. Впрочем, находясь на пенсии, наверное, коммунизм строить даже приятно, это тебе не кирпичи класть на морозе ради воскресничка.
Валера был благодарен судьбе за то, что столь безвременно оказался в армии. Он теперь понимал, каким был дураком, и что правы оказались бывалые однокурсники, смешавшие его с грязью на памятном комсомольском собрании.
Непыльная штабная служба оказалась настоящей школой жизни. Где бы ещё он постиг искусство общения с начальством? И вовсе не дембельский альбом с фотографиями в бархатном переплете привез домой сержант Горелов, а ""Кладезь мудрости"", изложенную в кратких афоризмах на страницах потертой записной книжки.
Командующий только подписывает приказы, а пишут их другие. По каждому вопросу может быть два мнения: одно – начальства, другое – глупое.
Прежде, чем взяться за дело, подумай, чем оправдаешь его провал. Выказывая собственную глупость, подчеркиваешь ум начальника. Вот за что любят дураков. Чтоб в казарме был порядок, не пускай туда солдат. Отвечай не то, что спрашивают, а что хотят услышать.
Десятки, если не сотни, подобных сентенций складывались в стройную систему под условным названием ""Как добиться успеха в советском обществе"".
