– А я думал, что нравлюсь тебе, – вздохнул Славка.
– Правильно думал, – подтвердила Виолетта, – ты и сейчас мне не разонравился. Но если задашь пошлый вопрос, а было ли мне хорошо, я тебя стулом ударю.
– Не спрошу, и так знаю, что хорошо. Просто я думал, между нами все как-то серьезней."
"– Насколько я помню, жениться ты вообще не собираешься, а все остальное я серьезными отношениями считать не могу. – Она стала заплетать косу. – Горы для тебя все равно серьезней.
– А если бы не горы?
– А если бы не горы, тебя, наверное, и вовсе не существовало бы.
С ними ты личность, мужчина, а без этих восхождений кто? Если никто, то мне такого тоже не надо, – она перебросила косу за спину и принялась, тихонько напевая, бренчать посудой на тумбочке.
– Ладно, – безнадежно махнул рукой Славка, натягивая белый халат вместо рубашки, – лучше я пойду.
– А разве ты не поцелуешь меня на прощанье?
– Что? – он остолбенел.
Виолетта мягко и неторопливо подошла, положила руки ему на плечи, поглядела в лицо лукавыми глазищами и вдруг прильнула в глубоком сильном поцелуе.
Отстранилась, проверяя впечатление, полюбовалась задохнувшимся Славкой и многозначительно спросила:
– А кофе? Ты ведь даже кофе не выпил, а куда-то уже бежишь…
* * *
Всю прошедшую ночь Серафим Будякин не сомкнул глаз. С того самого момента, когда знакомый милицейский полковник коварно попросился зайти на минутку, а сам приказал арестовать двух охранников из команды Старкова, сидевших в прихожей, с этого самого момента Будякин места себе не находил.
Он сразу понял, что ""старфорсы"" влипли, попали на каком-то серьезном преступлении. Только в этом случае их начали бы хватать всех подряд. А судя по тому, что в аресте участвовал один из руководителей МВД областного уровня, дело нешуточное. Да и коварный полковник ничего не стал объяснять, никак не успокоил, даже для видимости. А это очень плохой знак.
И Будякин испугался. Охранное агентство ""Старфорс"" было его карманной фирмой и обслуживало только его лично.
И вообще принадлежало ему, хоть и через подставных лиц. А раз он кормил охранников, то, естественно, они выполняли его приказы. Эти приказы могли упечь его в тюрьму лет на пятнадцать. Как всякий преступник, он, разумеется, опасался провала, но самонадеянно считал, что с ним такого случится не может. Ведь сотни тысяч чиновников в России берут на лапу, и – ничего. И заказные убийства не раскрываются, поскольку исполнители – профессионалы.
