Высыпали щебенку напротив вашего дома, возьмите лопату и разровняйте. Давайте не будем уж в абсолютных иждивенцев превращаться.
И снова с подачи Горелова разразилась овация.
– Так, дальше у нас идет автобусное сообщение. Редко ходят. Прошу потерпеть три месяца. С нового года станет ходить второй автобус. Дело уже решено. В декабре автопарк получает новые машины, а с первого января их выводят на маршруты. Теперь о пенсиях. Самый, наверное, наболевший вопрос. Если я дам распоряжение в собес, чтобы там кому-нибудь из вас повысили пенсию, его ведь никто выполнять не станет.
Сами понимаете, не маленькие. Зал согласно загудел. – Но если меня изберут в Государственную Думу, если вы, – он сделал ударение на этом слове, подождал и ещё раз произнес: – если вы окажете мне столь высокое доверие, я отдам все силы, чтобы наши труженики получали достойные пенсии, а не эти жалкие подачки.
И снова зал разразился долгими, продолжительными, как писала в прежние годы газета ""Правда"", аплодисментами. Будякин скосил глаза в записную книжку.
Такие паузы позволяли освежить в памяти следующий кусок заготовленного текста.
– До выборов у вас есть достаточно времени, чтобы проверить, насколько я держу свое слово. Если телефоны не будут работать, если завтра на разбитые улицы не начнут завозить щебень, не голосуйте за меня! Гоните в шею! Ну, а если вы убедитесь в надежности моего слова, готовы на меня положиться, обязуюсь стать защитником ваших интересов. И на этом позволю считать свое выступление законченным. Пять минут истекли.
Спасибо, что выслушали меня. А сейчас, к сожалению, вынужден покинуть ваш гостеприимный поселок. Есть масса дел, которые требуют моего присутствия. Опять водопровод прорвало…
Сокрушенно махнув рукой и тяжело вздохнув, Будякин стал спускаться со сцены. Его тут же облепили местные жалобщики, принялись излагать бессвязные и слезливые просьбы.
– Хорошо, – ободрял их Будякин, – прикажу разобраться. Так, изложите моему помощнику.
Двое психологов, специалистов по методике общения из команды Горелова, быстро переключили всех жалобщиков на себя, увлекли из зала в фойе.
А сам Горелов с Будякиным вышли к машине. Оставаться до конца собрания не имело смысла.
– Поздравляю, – вполне искренне сказал Горелов, – вы были великолепны. Завтра весь поселок будет знать, за кого отдать голоса. Главное, нам удалось от вопросов отвертеться. Это самый опасный момент.
– Ну, я не думаю, что мне было бы трудно ответить на любой вопрос, благодушно возразил Будякин.
