Месть кровавого жнеца

— У тебя уже есть, что рассказать о резне двадцать лет назад? — поинтересовался Войтех у Лили, пока Саша и Ваня не начали выяснять подробности этого нелегкого дела.

— Скажем так, у меня уже есть тот, кто нам об этом расскажет, — Лиля снова улыбнулась. — В Интернете я попыталась найти информацию, но сам понимаешь, дело давнее, тогда еще все новости так активно не публиковались на новостных сайтах и не перетирались в соцсетях, сейчас можно найти только мелкие заметки, посвященные годовщине. И кучу всякой ерунды, превратившей ту трагедию в обычную городскую легенду.

Страшилки со Жнецом в ассортименте. А нас, как я понимаю, интересуют голые факты, желательно, из архивов полиции.

— И кто твой информатор?

— Увидишь. Только надо Нева дождаться, чтобы потом все не пересказывать, но если он не придет в ближайшие полчаса, у человека может уже не быть времени с нами созваниваться, тогда придется все переносить на вечер.

— Я сейчас его наберу и спрошу, где он. — Войтех достал из кармана смартфон и выбрал из памяти нужный номер.

После короткого разговора он сообщил остальным: — Обещал минут через пять подойти.

— Тогда я пока принесу ноутбук. — Лиля поставила пустой стакан в раковину и поторопилась обратно наверх.

Когда она спустилась обратно, Нев уже присоединился к остальным в столовой и как раз рассказывал им о своем визите к ведьме.

— Она действительно росла в приемной семье, которую убили, но она ничего так и не рассказала мне о той ночи. Она вообще очень неохотно говорила о прошлом, сказала только, что ей не нравилось в том доме.

— Почему? — не поняла Саша.

Ваня многозначительно закатил глаза.

— У тебя же ни братьев, ни сестер нет, да? — уточнил он.

Саша отрицательно покачала головой.

— А я вот в детстве едва Лильку терпел, — хмыкнул он, явно привирая. — А прикинь, когда этих сестер у тебя много?

— Да, но в детском доме детей еще больше. Разве там лучше, чем в семье?

— Мне сложно судить, — Нев снял очки, но вместо того, чтобы начать их протирать, просто положил на стол перед собой и помассировал переносицу.

 — Никаких подробностей она не рассказала. Сказала только, что заставляли работать, что наказывали, что иногда она пряталась в сарае, как и в тот раз, когда все случилось. Без конкретики сложно понять, чего там было больше: попыток приучить детей к труду и дисциплине, с которыми у детдомовских всегда проблемы, и усмирить подростковый бунт или каких-то реальных злоупотреблений.