Месть лавандовой феи

Хотя последние четыре сотни лет у нас не было военных столкновений с султанатом, даже серьезных политических противоречий на дипломатическом уровне не было, все равно изучить особенности их магической защиты является… государственным интересом.

— И что? Знаешь, куда он пойдет со своей патриотической инициативой? Он пойдет к регенту, а тот его… осадит, потому что инициатива Хаксли идет вразрез с его планами. Ему важнее получить мои деньги, нежели сделать шаг в подготовке к противостоянию, которого не должно быть.

Собственно, регенту проще отказать Хаксли сейчас, демонстративно меня защитить, а уже потом, как супругу, сдать целителям.

Кай вернулся за столик и продолжил пить кофе. Интересных писем, на его взгляд, больше не было — сплошь приглашения в салоны и на чаепития.

Но Теали удивила, выудив из общей россыпи конверт, от других отличавшийся в худшую сторону. Бумага была хоть и идеально белой, но недостаточно плотной. Дешевле.

Аккуратно разрезав конверт ножом для бумаги, Теали вытащила сразу несколько листов и положила на столик веером.

На всех, кроме верхнего, красовались ступенчатые строки стихотворений.

— Господин поэт назначил тебя музой? — скривился Кай.

— А кому же быть музой, как не фее?

Кай подумал, что, наверное, при должном старании он тоже смог бы сочинить что-нибудь куртуазное. Все же образование он получил достойное, и сочинение стихотворений входило в курс красноречия.

— Какая пошлость, — скривился он демонстративно.

— Ты еще не читал, — возразила Теали. — Вдруг мальчик талантлив? Тебе ли не знать, что таланты следует поддерживать. Кто-то должен воспеть истинного короля, взошедшего на трон. Почему бы не юному гению? Трактирные менестрели развлекут простых горожан. Но кто будет вдохновлять аристократию? По-моему, неплохой кандидат.

Теали взяла один из листков и начала с выражением зачитывать, только вместо своего имени вставляя имя Кая. Бывший наследник в ответ на такое надругательство сначала выпучил глаза и открыл рот.

Но когда бессовестная фурия словами поэта воспела его неземной нос, согнулся в кресле от беззвучного хохота и едва не свернул со столика кофейный сервиз.

— Теа… — просипел он через полминуты. — Прекрати! Умоляю!

— И не подумаю. — Впервые за долгое время Теали взаправду развеселилась. — Ты только послушай, какой слог, какие эпитеты! Какие свежие рифмы! О, а он затейник, этот мальчик в дедовском сюртуке.