Он в очередной раз посетовал на то, Сайруну Тимари так и не удалось локализовать противостояние — военный совет лорета Эрмина наотрез отказался от вывода войск с приграничной территории, аргументируя свое решение тем, что еще совсем недавно было произведено нападение на малочисленный отряд эрминцев, патрулирующих территорию. Тимари смог выиграть лишь несколько дней перемирия и сегодня оно заканчивалось. А это означало развертывание полномасштабных боевых действий.
Судя по докладам разведки, армия неприятеля превосходила войска Тирантома в полтора раза, но не это на данный момент тревожило Разумова. За жизни своих солдат он был спокоен …
«Эх, как в воду глядел!» — припомнил он свою беседу с Решетовым, когда последний уперся, отговаривая его от внедрения в вооружение Тирантома новшеств, которые Андрей хотел привнести. Не зря все-таки на протяжении двух последних лет он занимался всем этим.
Нужно отдать ему должное — идея была вовсе не его — сам Тавр поручил ему это, озаботившись возрастанием напряженности в отношениях с государством-конкурентом.
В строжайшей тайне было налажено производство пороха. Андрей, как человек, некогда увлекавшийся историей развития военного дела, разработал нечто среднее между бомбардой и кулевриной, с одним отличием от древних оригиналов — его установка была заметно легче и не требовала такой сложной транспортировки.
Вскоре были отлиты и опробованы несколько опытных образцов. Которые, накрытые чехлами и сопровождаемые отрядами, обученными непосредственно им самим, сейчас находились на передовой. И, если Эрмин все же надумает двинуть на них свои войска, то … Андрей с грустью покачал головой — потери Эрмина будут чудовищными.
А ему так претило вновь оказаться замешанным в событиях, где будет пролита человеческая кровь …
И вот этот момент настал — передние ряды армии неприятеля двинулись в направлении расположения его войска. Разумов тихо выругался себе под нос и взглянул на своих адъютантов — те замерли, глядя на него в ожидании приказа.
— Пока стоим, — отдал он распоряжение.
