В комнате повисло молчание — каждый тяготился своими невеселыми мыслями.
Наконец, тяжело вздохнув, Решетов поднял взор и спросил у Осана:
— Я тут вспомнил ваши обычаи … Тела Миланы и Наташи уже преданы огню погребального костра?
Воин покачал головой.
— Костер уже сооружен и по традиции их должны были предать огню еще с утра. Но мы ждали когда ты очнешься … Я понимаю, что из-за ран ты не сможешь присутствовать, но все же … Сейчас они в подвале … Уже полностью подготовлены, — Осан взглянул в окно. — До заката время еще есть, поэтому их танты успеют до закрытия врат чертогов Зетро.
Нам нужно лишь твое благословение на церемонию …
Сергей тяжело вздохнул и медленно подвинулся к краю постели.
— Готовьте все. Я пойду …
— Постой! — воскликнул Керт. — Тебе нельзя! Ты еще …
— Я все сказал! — проворчал Сергей и, пошатываясь, поднялся на ноги. — Клюку мне какую-нибудь найди для опоры …
Опираясь на изогнутую рукоять трости, тяжело дыша и с трудом переставляя ноги, Решетов в сопровождении верных соратников вышел во двор замка.
Глаза застилал пот, обильно льющийся со лба. Все тело неимоверно болело. Но, несмотря на это, он все же отдавал должное своим новообретенным возможностям — раны от стрел уже практически затянулись, о чем ему с безмерным удивлением поведал Мэтис, когда он одевался.
Эта мысль короткой вспышкой лишь на миг промелькнула в сознании, тонущем в океане скорби и душевной боли. Так плохо Сергею, пожалуй, не было еще никогда!
Он со страхом взглянул на жителей поместья, окруживших широкий погребальный костер.
Там, на аккуратно уложенных и политых маслом дровах возлежали тела дорогих ему людей … Которых, после церемонии, он уже никогда больше не увидит. Сердце вновь сжалось от непереносимых страданий. Словно почувствовав его состояние, Осан положил ему на здоровое плечо свою крепкую ладонь.
— Легата, держись. Все мы разделяем твою скорбь …
Седой угрюмо кивнул и опустил взгляд, пытаясь скрыть слезу, сбегающую по щеке.
Присутствующие расступились, пропуская молодого легату к костру.
Трагичные перешептывания и тихий плач стихли. Воцарилась мертвая тишина. Скрипнув зубами, Решетов направился к лестнице, ведущей на помост. Керт попытался взять его под руку, чтобы помочь взобраться наверх. Сергей повернул голову и безжизненно взглянул на него.
— Сам …, — едва шевельнулись его губы.
Заливаясь потом, он кое-как все же поднялся по лестнице и вновь едва сдержался, чтобы не зарыдать в голос. Он всю свою жизнь ходил бок о бок со Смертью.
