— То было заведение, где собирались люди, скажем так — ведущие весьма далекий от благообразного образ жизни.
Седой недоверчиво покачал головой.
— Ничего не понимаю … Что делала девчонка крови лорета в подобном заведении?
Лилис звонко рассмеялась.
— Ты еще очень многого не знаешь обо мне, Седой! В отличие от сестры, я всегда была очень непослушной и своенравной дочерью.
— Я об этом смутно догадывался, — улыбнулся Сергей. — Взять хотя бы тот случай, когда несколько лет назад две молоденькие девицы осмелились навестить смертобоя, сидящего в подземелье.
Даже не представляю себе, как ты смогла уговорить сестру!
— Да, — с оттенком ностальгии согласилась принцесса, а потом открыто взглянула Решетову в глаза. — А потом эта девочка вновь приходила к тебе …
— Я помню, — кивнул Седой. — Предупредить о монстре, которого твой незабвенный дядя прочит для боя со мной. И я очень тебе за это благодарен!
Лилис картинно закатила глаза и вздохнула.
— Меня всегда до ужаса раздражали предупредительные и подобострастные лица придворных.
Там, во дворце, все какое-то искусственное, ненастоящее. Вот здесь, вне стен дворца, действительно — настоящая жизнь! К тому же, дочь правителя обязана знать об истинной жизни подданных! Об этом я однажды и сказала отцу — когда он поймал меня на том, что я частенько сбегаю из дворца. После этого я несколько месяцев сидела взаперти. Но потом отец смягчился …Он приставил ко мне верного телохранителя и взял с меня обещание быть крайне осторожной. С тех пор я могла покидать дворец когда мне только заблагорассудится.
А как жил ты все это время? Я слышала о том, что несколько раз ты наведывался в Тиран, но судьба так и не дала шанса свидеться …
Сергей поднял брови и наморщил лоб.
— Я? — он взмахнул рукой. — Да ничего особенного — семья, ребенок. Пока …
Он враз помрачнел. Лилис с жалостью взглянула на него и тихо произнесла:
— Я знаю … Слышала о твоем горе. Седой, я даже смогла бы понять, если ты действительно … Кадуса …
— Принцесса, не говори ерунды! — резко ответил Решетов и, распаляясь, продолжил.
— Стало быть, узнав о моем несчастьи, ты решила использовать это себе во благо и заполучить преданного бойца?!
Глаза Лилис увлажнились. Она с негодованием взглянула на Сергея и воскликнула:
— Не смей так думать обо мне!!! Я … я … Всегда …
Она отвернулась и коснулась ладонью глаз. Решетов понял, что, вспылив, изрядно перегнул палку, и тут же поднял вверх раскрытые ладони.
— Лилис, прости меня! Я неверно выразился.
