Месть. Никогда не прощу

Наоборот скоро будет еще лучше! - с гордостью заявляет он, и мне хочется спросить: кому будет лучше? Ему? Или мне, когда он оставит меня с голой жопой и разбитым сердцем? Но я только улыбаюсь, делая вид, что разделяю его энтузиазм. - Хочу выкупить долю Тимофея.

Чего? Я искренне удивляюсь, и это не игра. Тимофей его партнер и друг со студенческих лет. Они вместе основали компанию, прошли через все трудности. Что-то здесь не так… Они всегда шли в одном направлении, рука об руку, поддерживая друг друга.

- Зачем? Вы же вместе все начинали и друзья. У него какие-то проблемы? - спрашиваю, делая вид, что просто беспокоюсь о его друге.

- Нет. Все потому что он стал тормозить развитие! - резко говорит Марк, ему словно больно от этого, но я ему уже не верю. - Я предлагаю рискованный, но перспективный проект, а он упирается. Боится, как последняя баба.

Медленно киваю, заглядывая в его раздраженное лицо, выражая понимание и поддержку, а сама, кажется, сейчас узнаю что-то очень ценное, что-то, что сможет стать моим козырем в этой роковой игре.

- И что ты собираешься делать?

Он задумывается, водит пальцем по тачпаду, раздумывает, но я то знаю, что пауза для того, чтобы решить, достояна я узнать секрет, или все же нет.

- Хочу пошатнуть акции, - есть, сдался. Так держать милый, я как раз успела аккуратно включить диктофон. - Чтобы они упали в цене. Тогда смогу выкупить его долю дешевле, - говорит он, и в его глазах мелькает что-то хищное, чего я раньше никогда не замечала.

- Как ты собираешься их пошатнуть? - спрашиваю, чувствуя, как учащается мой пульс. Это важно. Очень важно.

Он пожимает плечами, и я всеми фибрами ощущаю, как он взвешивает, что еще можно мне рассказать. Ну же, давай, говори. Мои руки горят от нетерпения узнать все, чтобы потом было проще потопить. Давай.

- Есть варианты. Утечка информации, слухи о проблемах.

Я кладу руку на его плечо, чувствуя, как напряжены его мышцы под дорогой рубашкой. Его тело теплое, живое, но для меня оно теперь словно чужое.

- Ну, удачи тебе, - говорю мягко, как должна говорить заботливая жена, хотя внутри все сжимается от ненависти. - Ты же знаешь, я всегда в тебя верила.

Он улыбается, накрывает мою руку своей.