Месть. Никогда не прощу

Ведь я не хотел совращать любящую женщину, запрещал себе даже думать о ней. А оно вон как все на самом деле оказалось.

Но ладно, о ней позже. Сейчас меня заботит парень, потому что я нахожусь рядом с ним, вижу, как он сосредоточенно прицеливается, как старается сделать все правильно, и в этом старании видна вся его боль, желание понравится.

Вот только чтобы родители гордились ребенком, ребенку не нужно быть лучшим, ему нужно просто быть. У нормальных родителей так, жива кровинка, и все, большего не надо.

Но даже если у Ромы с отцом все не так, все равно не понимаю, как от такого парня можно было отвернуться? Он ведь отличный подросток, умный, воспитанный, с ясным взглядом на мир.

Мы продолжаем стрельбу. Я ловлю себя на мысли, что смотрю на Рому и вижу в нем Альбину. Ту же ее сдержанность, ту же внутреннюю силу. Только если она вся из себя, как колючки и броня, то он… он просто честный. Без притворства, прямолинейный и несгибаемый, но без той горькой оболочки, которая окружает его мать.

"И вот что странно: чем больше я наблюдаю за парнем, тем больше понимаю, что Альбина, скорее всего, не такая, какой кажется. Ей пришлось стать жесткой леди ради сына. Одна, без поддержки, с ребенком на руках и предательством за спиной, какой выбор у нее был? Сломаться или бороться, третьего не дано.

Уверен, за ее броней скрывается совсем другая женщина. Мягкая, ранимая, мечтающая о большом и светлом. Та, которую когда-то знали близкие, но которую теперь почти никто не видит.

- Ром, насчет акций, - вдруг говорит Тимофей, откладывая пистолет в сторону, когда очередная обойма оказывается пуста.

Рома нахмурился моментально. Сразу понятно, больная тема для парня. Его пальцы сжимаются, и я вижу, как напрягаются его плечи.

- Я же сказал… - начинает парень, но Тим не дает ему продолжить, что мне не нравится.

Его и без того отец затюкал, сейчас бы дать парню высказаться, тогда бы, глядишь, видя уважение со стороны взрослых, он смог бы хотя бы услышать доводы.

- Знаю, знаю. Но подумай: продать ты их всегда успеешь, а вот вернуть – нет.

Парень молчит, потом вздыхает. Вижу, что в нем что-то надламывается. Он сдается, не хочет конфликта. Черт, если сейчас согласится, тогда сам потом с ним встречусь и поговорю. Тимофей его загонит, а это не есть хорошо.

- Ладно, - ну вот, сломал пацана. - Но участвовать в делах компании я не хочу, - а вот это уже лучше. Хоть что-то свое потребовал.