– Прохор, открывай, это я!
– Ой, Дмитрий Владимирович?! Радость-то какая. Я щас, мигом.
Отрок закричал на все подворье:
– Семен, хозяин приехал!
Савельев въехал во двор, соскочил с коня, бросил поводья улыбающемуся во весь щербатый рот отроку.
– Держи, поставь в стойло, оботри, накорми, напои.
– Слушаюсь, хозяин.
Из дома выбежал Семен, ключник князя.
– Дмитрий Владимирович, вот уж нежданно в темень-то.
– Здоров был, Семен!
– Здравствуй, князь!
– Ну и как живете тут без меня?
– Живем. Тоскливо, конечно, особливо Ульяне Степановне, но ничего.
Она у тебя хозяйственной оказалась, во все вникает, все смотрит, а чистоту в доме какую блюдет! Ни пылинки нету. А вот и она, голубушка.
Ульяна торопилась по лестнице.
Савельев крикнул:
– Не спеши, родная, не дай бог упадешь. Семен, – кивнул Дмитрий ключнику, – помоги княгине.
– Слушаюсь.
Семен Габра помог спуститься Ульяне, та обняла мужа.
– Вернулся, родной, наконец-то момент настал, я так соскучилась, каждый день выходила из подворья, смотрела на Москву, а вдруг по улице пойдет мой Дмитрий.
– Как ты, Ульянушка? Как дитятко наше?
– Слава Богу, хорошо все.
Семен крикнул служке:
– Прохор, беги, подымай Авдотью, передай, князь вернулся, пусть мигом сюда бежит. А до того разведи огонь в печи, там угли еще не остыли, да чан с водой поставь, воду греть.
– А может, баньку затопить?
– То долго. Ты еще здесь?
– Уже бегу, Семен.
Савельев хотел остановить служку, да куда там, тот вылетел через ворота на улицу и был таков.
Да и Ульяна держала крепко.
– Пойдем в дом, родная, – сказал Савельев.
– Не могу оторваться, Дмитрий.
– Так до утра и будем здесь стоять? – рассмеялся князь.
– А хоть и до утра, с тобой мне по-всякому хорошо.
Она отпустила князя, глядя на него повлажневшими, влюбленными глазами.
Прибежал Прошка, доложил:
– Щас Авдотья будет. Собирается.
Семен обратился к Савельеву:
– Бежит жена, Дмитрий Владимирович, водицу нагреет, обмоешься. Молви, что трапезничать будешь.
– Я уже трапезничал. О том не беспокойтесь.
– Ну, чан уже поставили, дровишек подбросили, скоро все готово будет.
Ульяна взяла мужа под руку.
– Пойдем, родной, наверху переоденешься. Гляжу, устал ты с дороги.
– Да нет, хотя устал, конечно, но не до того, чтобы дать в эту ночь своей жене спать.
Ульяна прижалась к нему.
– Это мы еще посмотрим, кто кому не даст спать.
– Ты чувствуешь себя хорошо?
– Сейчас лучше, чем во все время разлуки.
