Роуз лежал в постели, лицо бледное, словно от лихорадки. Неподвижный, податливый, словно тряпичная кукла.
Мой сын, так и не открыл глаза, когда я присела к нему на кровать. На ковре остались следы, валялись обрывки бумаги… Пустой флакончик тоже потерялся в ворсе ковра.
Цветы, которые стояли в комнате - завяли и превратились в сушеный сморщенный гербарий. Рядом с вазой лежали опавшие лепестки и листья.
Я смотрела на лицо сына. И это было самое страшное.
Мой мальчик не мог объяснить, что происходит, что он чувствует, что у него болит.
Его лицо не выражало ни одной эмоции. Дыхание слабое, а лицо бледное. Он не реагирует на окружающее, будто его душа отсутствует…
Я сидела рядом и гладила его светлые волосы. Рука начинала дрожать, а вместе с ней подрагивать сердце.
“Мы справимся, мой маленький дракон,” - шептала я, чувствуя, как щиплет от слез уголки глаз. - “Справимся. Мама обещает!”.
Я подняла безвольную руку, прижалась к ней губами, как вдруг увидела нечто странное…
Что это?!
Глава 7
Камушек на проклятом браслете загорелся…
Я осторожно посмотрела на руку сына, которую огибал браслет в виде серебряной змеи.
Проклятый браслет был изготовлен из черного серебра, украшенного инкрустацией из красных и черных драгоценных камней. Его форма напоминала змею, обвивающую запястье, с глазами, сверкающими как угли. Символы, выгравированные на поверхности, были непонятны, но их силу можно было почувствовать даже без знания их значения. Браслет казался одновременно красивым и устрашающим, словно он хранил в себе древние тайны и опасности.
И теперь один из камней на спине змеи возле самой голову, горел яркой точкой, но другие, такие же оставались тусклыми. По браслету, огибающему детскую руку, я видела похожие камни, только они не горели.
- Раз, два, три… - считала я камни на браслете. - Тринадцать!
Сердце упало вниз. Я боялась подумать страшное. А что если это и есть тот самый “обратный отсчет”?
- Гербальд! - позвала я, видя, как дворецкий мчится в комнату. - Смотри…
Темные внимательные глаза дворецкого смотрели на горящий камушек, а я видела, что он поджал губы.
- Мадам, я не знаю, что это… Нас такому в Академии Дворецких не учили, - заметил Герабальд.
Я сглотнула, пытаясь придать себе сил и решимости.
- Принеси бумагу и перо! - попросила я, опуская руку сына поверх одеяла.
- Одну минутку, мадам! - произнес дворецкий. Я слышала, как скрипят его ботинки, как в такт его шагам скрипнула дверь.
Все это время я просидела в тревоге.
