Надменный, уверенный в себе, он сейчас смотрел на нас, а кольцо с крупным камнем поблескивало на безымянном пальце правой руки магической искрой.
Восхитительный красавец в темном дорогом костюме никак не походил на старенького ветхого дедушку в пафосном костюме звездочета которого я нарисовала в своем воображении.
И я, честно сказать, была немного обескуражена!
Такого поворота событий, я не ожидала!
- Вы ректор, да? - спросил басом “папа”.
- Он самый. Доброго денечка, - вежливо и негромко заметил красавец, изображая на лице улыбку.
И тут же его лицо изменилось. Оно стало строже. - Присаживайтесь в кресло, и денечек перестанет быть добрым.
“Дракон!”, - что-то подсказывало мне.
О, боже! На дракона я не подписывалась. Я подписывалась на древнего чародея, старенького дедушку со склерозом, но не на молодого дракона!
Глава 13
- Я вас слушаю, - спокойный голос с ледяными надменными нотками заставил нас переглянуться.
Ситуация была странной. Одно дело, победить древнее добро, а другое дело…
Я посмотрела на темный стеллаж, видя названия книг “Темная магия”, “Запрещенные заклинания”, “Ритуалы и проклятия”.
Несколько зловещих черепов покоились на столике, инкрустированные драгоценными камнями.
Если это - добро, то очень суровое и опасное. С таким добром и зла не надо.
“Превращай, пока не опомнился!”, - пронеслась мысль, а я посчитала ее вполне здравой.
- Господин ректор, - прошептала я, всхлипывая.
- Да помолчи ты уже! - басом произнес “отец”. - Господин ректор! Мы очень извиняемся за нашу дочь…
Сердце прихватило, а я боялась промахнуться, пока шумные родители наперебой галдели всякую чепуху.
- Раз, - прошептала я, едва слышно. “Два!”, - сжалось сердце. “Три!”, - выставленная перед рука сверкнула кольцом.
Ректор опомнился, но каменная серость уже ползла по нему. Он быстро вскочил, пытаясь сотворить какое-то заклинание. Но его права рука окаменела. Зато второй он полез под стол, но не успел. Он окаменел в позе Ленина, делая шаг вперед и поднимая руку, словно видит вдалеке путь к светлому будущему.
- Это что за… - произнес ректор за секунду до того, как его губы превратились в камень.
Выражение лица, застывшее на статуе напрочь отбивало желание возвращать его в нормальное состояние.
- Фух! - выдохнул Гербальд. - Пол дела сделано!
Я от слабости присела в кресло, понимая, что пора выносить его отсюда.
Пара мгновений придала мне сил, а я встала, одернула юбку и подошла к ректору.
