Я же держала ректора на прицеле, готовясь в любой момент к какой-нибудь глупости.
- Да ты что! - заметил ректор, приподнимая руку моего сына. Браслет сверкнул, пока дракон внимательно осматривал его.
- Можете присесть, - произнес дракон не глядя на меня. - Не люблю, когда стоят над душой. Я ничего не буду делать, пока вы не присядете в кресло.
Мне ничего не оставалось, как сесть в кресло и наблюдать за ректором. Он положил руку поверх браслета, но тут же отдернул ее, словно обжегся.
- Прекрасно, - произнес дракон, всматриваясь в бледное лицо ребенка.
Он закрыл глаза, положил руку на лоб сыну, посидел с минуту, а потом резко открыл глаза и дернулся.
- Что там? - спросила я, сглатывая."
"- Душа мальчика покинула тело, - произнес дракон, отряхивая руку. - Предполагаю, что она находится в не самом приятном месте. Быть может даже внутри браслета, - заметил ректор. - Но есть еще одна новость…
Глава 17
Я почувствовала, что мне становится нехорошо. Все вокруг начало подплывать. Тон, которым ректор произнес слово “новость” не предусматривал продолжение в виде “хорошая”.
- Да говорите уже! - нетерпеливо выдавила из себя я, глядя на бледного сына, который лежал неподвижно.
- А как же водичка? - спросил дракон, а его взгляд скользнул по притихшим слугам. - Может, принесете даме воды?
Нервный Гербальд дернулся к двери, но я остановила его взглядом.
- Водички не надо. Присесть - присела, - произнесла я, глядя на Элизара. - Говорите!
- Значит, начну с водички. Вы пытались снять браслет? - спросил ректор, внимательно глядя на меня.
Я вспомнила, как первой мыслью мужа была - сорвать браслет с руки. Как он снял камзол, как напряглись его руки, пытаясь разжать украшение, но даже силы дракона не хватило, чтобы высвободить руку ребенка.
Я вспомнила, как принесла пилочку и пилила его, но он, словно неуязвимый не поддавался. Я пилила его всю ночь, в перерывах ругаясь с мужем.
- Если бы вы его сняли, то мальчик тут же погиб, - произнес дракон, а я у меня сердце обрушилось в пропасть. Несколько секунд понадобилось, чтобы я сделала над собой усилие.
- Браслет снимать нельзя.
- В смысле? - прошептала я, глядя на Элизара. Тот криво и небрежно усмехнулся, бережно опуская руку сына на одеяло. То, с какой бережностью он опустил руку ребенка, заставило меня почувствовать благодарность.
- Как тогда? - спросила я, сглатывая.
- Я не знаю, - произнес ректор, глядя в сторону окна. - Я с таким проклятием еще не сталкивался! Честно, я видел много проклятий, но чтоб такое.
