Месть сурка

Дункан подобно бронепоезду ворвался в дом. Шон едва успел освободить проход. За ним чинно и горделиво прошествовал чёрный кот. Кошкотун принялся по-хозяйски неспешно осматривать и обнюхивать помещение, но Уолшу было не до него.

— Полегче, Мак! Я тоже рад тебя видеть, но ты мог меня сбить с ног.

— К чёрту вежливость — дай пожрать! — от Хоггарта полыхнуло раздражением.

— Кухня в твоем полном распоряжении, друг.

Шон выпучил глаза. Дункан смазался от невероятной скорости, недоступной оборотням в человеческом теле. Он настолько быстро двигался, что Уолша обдало резким порывом ветра.

— Фок! Тебе что, реактивный двигатель вогнали в задницу?!

Когда Шон зашёл на кухню, обнаружил друга возле распахнутой дверцы холодильника. Он со скоростью кухонного комбайна уничтожал продукты. Палку копчёной колбасы сгрыз, будто шредер бумагу, после чего принялся за сыр.

— Эм… Мак, ты голодный?

— Чефтофски голофный, — жуя, ответил он, заканчивая с сыром и принимаясь за оливки.

— Мак, я всё понимаю, но может, сядем за стол? Я схожу за коньяком…

Опустошив банку с оливками, Дункан замер, прикрыл глаза и совершил несколько глубоких вдохов.

Лишь после этого он обернулся и посмотрел на товарища.

— Мне нельзя пить, Шон. Я и так сейчас дурнее некуда — после бухла мне точно башню сорвёт!

— Так не пойдёт, Мак. Рассказывай!

— Лучше один раз показать…

Хоггарт прикрыл глаза и задержал дыхание. На выдохе его фигура быстро потекла. Через мгновение на кухне Уолша стоял огромный волк. ГИГАНТСКИЙ! Он был размером с пони с пшеничной густой шерстью и не был похож на оборотня.

У тех более массивные лапы, желтые глаза, тупоносая морда и обычный серый окрас. Ну и размер, конечно, у ликанов приличный, но всё же оборотни не такие здоровые.

В следующий миг на глазах ошарашенного Шона Дункан снова стал человеком и вместо того, чтобы объясниться, достал из холодильника сырое яйцо, стукнул его об угол столешницы и со всасывающим звуком выпил содержимое.

— Самасас****! Мак, чтоб тебя кошки драли, что за херня?!

— Я больше не ликантроп… — ответ Дункана заставил челюсть Шона устремиться к полу.

Но следующая его фраза вообще добила: — Есть ещё пожрать?!

После беспощадного уничтожения всех доступных продуктов, которые не требовали приготовления, Дункан, наконец, смог адекватно мыслить. Он пересказал другу о своих похождениях, вселив в него надежду на избавление от ликантропии.

— Не знаю, как ты, а я должен выпить, — Шон полез в кухонный шкафчик за дежурной бутылкой домашнего коньяка.