Месть сурка

 — Круцио!

Мистера Хоггарта скрутило от той самой жуткой боли, от которой он очнулся мгновением раньше. Он даже не мог закричать, лишь громко хрипел и безумно вращал зрачками.

— Ха-ха-ха! — запрокинув голову, безумно засмеялся мучитель. — В Хогвартс твоего мерзкого выродка, да? Теперь Хогвартс наш, как и Министерство Магии! Теперь мы устанавливаем законы. Главой Комиссии по учёту магловских выродков твоим ворам магии был заочно вынесен приговор. Смотри, магл, как они будут умирать!

Дункан не мог поверить в реальность происходящего.

Всё было настолько безумно, словно происходило не с ним и не в реальности, а на экране в третьесортном ужастике. До него не до конца доходили слова психопата, поскольку тело только отходило от жуткой боли. Ему хотелось обматерить и уничтожить мучителя и, вероятно, убийцу его жены.

— Эйвери! — завопил в сторону лестницы бородач. — Где ты там?! Тащи сюда этих магловских выродков!

По лестнице вниз грузно ступал худой мужчина с густой щетиной и чёрными как смоль волосами.

Дункан ужаснулся. Перед этим мерзавцем летели связанные наподобие кокона бабочки его дети. Его малыши.

«Изверги, за что вы так с ними?! — мысленно завопил он. — Долбаные маньяки! Им же всего одиннадцать и семь лет, они только жить начали. Твари! Безумные сектанты! Не троньте их, иначе, клянусь, я уничтожу вас!»

— Смотри, магл, что бывает, когда плодишь магловских выродков! — оскалился бородач.

 — Авада Кедавра!

С палочки мерзавца сорвалась зелёная вспышка. Малыш Стивен прекратил извиваться в путах и замер… Навсегда замер с тем же выражением ужаса на лице, что и его мать.

«НЕ-Е-Е-Е-Т! СТИВЕН, НЕТ! — душу Дункана разрывало на части от этого жуткого зрелища. Его корежило от эмоционального шторма, но он мог вопить лишь мысленно. — ТВАРИ! ПОДОНКИ! Я УНИЧТОЖУ ВАС, МЕРЗКИЕ КОЛДУНЫ!»

Бородач вновь запрокинул голову и разразился своим безумным смехом.

— Смотри, Эйвери, как корёжит магла! Не нравится, магл? О, смотри дальше, тебе это не понравится ещё больше, ведь у тебя остался ещё один сын… Ненадолго!

Эйвери, будто каменный монолит, ни произнёс ни слова. Он лениво шевельнул палочкой, после чего тело Стивена отлетело в сторону и уже без веревок рухнуло на пол гостиной безжизненной куклой.