Месть сурка

 — Что же вы такой стеснительный, мой дорогой читатель? Ай-ай-ай! Я же не кусаюсь, могли бы и раньше зайти ко мне или направить сову.

— Простите, — проблеял Дункан, переминаясь с ноги на ногу, — я хотел послать сову, но стеснялся. И я э-э… Хотел ещё передать вам денег, чтобы вы ни в чём себе не отказывали на отдыхе. Можно пару автографов?

Кошелёк с сотней галеонов был выхвачен Локхартом моментально. От его улыбки можно прикуривать — настолько она сияла.

— Конечно, милейший, — Гилдерой не глядя подмахнул протянутым пером три пустых пергамента.

— Спасибо, — пустил радостную слезинку Дункан и порывисто обнял Гилдероя. — Мистер Локхарт, вы лучший! Спасибо! Я буду помнить этот миг всю жизнь.

— Полно вам, милейший, — дрогнула улыбка писателя. — Спасибо за путевку и пожертвования. Но в следующий раз не стесняйтесь, я в любой момент готов принять от вас сову.

— Прощайте, сэр, — Хоггарт разорвал объятия. — Удачного отдыха. Я пойду, не смею вас беспокоить больше положенного.

Провожая взглядом спину поклонника, Гилдерой скривился и отряхнул домашнюю мантию.

— Всего три часа! — захлопнул он дверь и рванул в дом собирать вещи. — Вот же нюня! Мог бы и раньше сделать подарок. Теперь нужно срочно собираться. Так, где моя фиалковая мантия?

В этот момент Дункан отдалился от дома писателя на достаточное расстояние, чтобы незаметно для владельца коттеджа достать пакетик и спрятать туда несколько светлых волосков.

Кабинет Альбуса Дамблдора представляет собой просторную круглую комнату с множеством окон, по стенам которой развешены многочисленные портреты бывших директоров и директрис школы. Он был заполнен разнообразными столиками с кручёными ножками, на которых умещались хрупкие серебряные приборы; одни постоянно трещали и звякали, другие пыхтели и выпускали струйки дыма. Здесь также нашли себе приют магические фолианты и рукописи, составившие личную библиотеку профессора Дамблдора, омут памяти и золотисто-алый феникс, сидящий на жёрдочке возле директорского стола.

Ровно в назначенное время в десять утра в камине вспыхнуло зелёное пламя, и оттуда вышел Гилдерой Локхарт в фиалковой мантии. Он сразу озарил улыбкой длиннобородого старца, который восседал в резном кресле, похожем на трон.

— Доброе утро, директор Дамблдор. Рад, что вы откликнулись на мою просьбу.