Месть в ажурных чулках

Должно быть, она свернула раньше, — пояснила женщина — его жена. — Там развилка есть. И указатель стоит. В поселок надо свернуть в одну сторону, а к автомобильной трассе — в другую. Если вашей подруге в самом деле в город, а не в поселок нужно было, то она именно там должна была свернуть.

— И далеко от той развилки до самой трассы? — спросила Кира. — Сколько по времени пешком добираться можно?

— Если вашу знакомую никто не подвез, то пешком она часа два должна была топать, — сказал мужчина, что-то подсчитав в уме.

— А потом еще ждать автобус, — добавила его жена. — Он тоже неизвестно, когда прошел.

На обратном пути подруги проделали большую работу. Никита по доброте душевной выделил им для этого машину с водителем. И на ней подруги разыскали водителя того самого автобуса, который теоретически должен был подобрать с трассы Ларису.

К счастью, водитель вспомнил несчастную бледную и замерзшую девушку с сумкой, голосовавшую на пустом шоссе. На станции Сосново, куда автобус привез Ларису еще спустя полтора часа, выяснилось, что на железнодорожных путях в этот день шел ремонт.

— Собственно говоря, он еще с осени начался, — сказала подругам сидевшая в кассе пожилая женщина. — И зимой поезда только утром идут. Потом разрыв до четырех вечера. А затем сюда идет электричка из города. Так что отсюда ваша подруга могла уехать только в пять вечера. Никак не раньше.

Итак, судя по этому раскладу, в городе Лариса должна была оказаться только в начале седьмого. К этому времени Кира уже видела отравленного умирающего Ваго, сидящего во дворе их дома.

— Выходит, Лариска не виновата! — обрадовалась Кира. — Есть у нее алиби! Надо немедленно сказать об этом ментам!

— Погоди! — остановила ее Леся. — Но она просила, чтобы мы не называли ментам имя Виталика. А как не называть, если он и есть ее алиби?

— Но Виталик ведь тоже не виноват! — воскликнула Кира. — Во время убийства Ваго он был на турбазе. У нас и свидетель есть. Значит, есть возможность и Лариску выручить, и Виталику ее дорогому не навредить! Она ведь этого от нас хотела.

С этим Леся не могла не согласиться. Однако у следователя по фамилии Казаков, который оказался симпатичным мужчиной лет сорока с довольно славным лицом, толстым, каким-то очень основательным носом и внимательными глазами, горячего приема им не оказали. Следователь Казаков — именно он теперь занимался делом Ларисы и именно к нему примчались подруги — девушек выслушал, но выпустить Ларису отказался.