«Лет Четырнадцать-пятнадцать», – мельком оценил Мефодий тем верным зрением, которым подростки видят сверстников и которое потом исчезает бесследно вместе с юношескими угрями.
В первый миг Мефодий не обратил на подростка особенного внимания. Он решил, что это один из мелких шестерок-разводил на деньги, которые, за рукав, тянут в подворотню, где скрывается компания.
– Час возмездия пробил! – сказал юноша, посмотрев на Мефодия тяжелым взглядом.
Фраза для разводилы была нетипичная, однако Буслаев не склонен был заниматься психологическим анализом.
Для него парень сейчас был лишь препятствием, которое мешает ему пройти.
– С дороги! – буркнул Мефодий, попытавшись отодвинуть его взглядом.
При необходимости, а особенно в состоянии гнева – он способен был выкорчевать подобным образом телеграфный столб. К его удивлению, юноша даже не покачнулся. Лишь волосы его шевельнулись, точно от порыва ветра.
Немало удивленный, Мефодий перевел взгляд на стоявшую позади юноши лавку и легко поднял ее над землей на добрый десяток метров.
– Посмотри наверх! – сказал Мефодий. Юноша вскинул голову.
В то же миг Мефодий отпустил лавку, которая, разгоняясь, понеслась вниз. Он прикинул, что остановит ее в нескольких сантиметрах от цели, после чего перепуганный парень уберется с дороги. То, что случилось дальше, оказалось для Мефа полной неожиданностью. Быстро вскинутый над головой палец юноши сверкнул искрой, и скамейка, точно камень из катапульты, изменив направление, понеслась по воздуху в самого Мефа.
Буслаев никак не был готов к этому. Он успел лишь воспламенить лавку взглядом, но не отклонить. Спасаясь, Меф бросился на землю и быстро откатился в сторону. Скамейка ударилась в асфальт там, где он только что стоял, подскочила и перевернулась.
Юноша терпеливо наблюдал, как Буслаев поднимается с земли.
– Ты хотел меня убить! – крикнул Мефодий.
– Ну и что? Не я начал первым, – спокойно ответил юноша.
Во взгляде, которым он смотрел на Мефа, было отчуждение. «Он смотрит на меня, как на дохлую собаку.
.. Даже нет: на очень давно дохлую собаку», – затруднился с определением Буслаев.
– Я бы остановил скамейку, – сказал он. Юноша пожал плечами.
– А я бы не останавливал. Не будь я ученик Мировуда, если отпущу тебя живым.
– Я в ужасе. А кто такой Мировуд? – поинтересовался Мефодий.
– Не забалтывай меня, наследник мрака! Это знание ничего тебе не даст, ибо ты скоро умрешь. Мировуд – величайший волхв и некромаг.
Меф сильно не вслушивался.
– А...
