Месть вора

Мне было совсем не до этого, и я не мог отвлечься хоть на секунду от того небывалого кайфа, в который окунулся с головой в этот момент. Но мне никак не удавалось насытиться. Кончил раз… кончил второй… третий… А эрекция не прекращалась. Я словно сошел с ума. И был готов трудиться еще и еще.

И был готов сдохнуть от истощения.

Но от этой ужасной участи меня избавил Ворсистый…

– Замучил девку-то?

Я открыл глаза и бросил безумный взгляд на своего давнего кореша, который, развалившись в одном из кресел, с интересом наблюдал за тем, что творится чуть ли не у него под ногами.

Когда он объявился в зале, я не заметил. Впрочем, а был ли я в состоянии хоть что-нибудь замечать?

– Какого черта?! – просипел я.

А девочка, не открывая глаз, прощебетала что-то по-азиатски.

– Денис, нам пора. – В голосе Михи Ворсистого звучало сочувствие. Он, как никто другой, понимал, каково мне сейчас видеть рядом с собой третьего лишнего. И слышать это жестокое: «Нам пора». – Стилет намекнул, что повеселились, и хватит. А нам еще ехать смотреть твою хату.

– Ворсистый, виновато посмотрев на меня, принялся наливать себе в рюмку коньяк.

Я обреченно вздохнул, поцеловал на прощание таджичку в смуглую щечку и послушно пополз к своей аккуратно сложенной на борту бассейна простыне. Предстояла еще нелегкая дорога до душа, стояние под ним, тяжкая процедура одевания, а после… ох, и сколько же сил отнимает этот проклятый секс! Особенно с восточными женщинами!

Мы с Ворсистым распрощались с хозяином и вышли на улицу.

– Пошли, Коста, – хлопнул меня по плечу Ворсистый.

– Покажу тебе твою тачку. Чуть-чуть в стороне есть стоянка. Во-о-он там, за кустами… Ч-черт, никак не могу привыкнуть к твоему новому имени. Ничего, если буду звать тебя Костой, когда мы вдвоем?

– Даже не думай. Денис или Знахарь. Врубился? Еще раз назовешь меня Костой – наживешь геморрой.

– Хорошо. Денис или Знахарь, – безропотно согласился мой старый кореш.

– Приедешь сегодня домой, порепетируй. Ходи по дому и бубни: «Денис-Знахарь, Знахарь-Денис; Денис-Знахарь, Знахарь-Денис».

Глядишь, через пару дней и привыкнешь. Но если еще хоть раз произнесешь слово «Коста»… Это что, мой?!! – Я прямо окаменел, застыл, пораженный, не в силах оторвать взгляд от серебристого 320-го «мерседеса», к которому подвел меня Ворсистый."

"– Твой, – ухмыльнулся он гордо, будто это был его персональный подарок. – Нажми-ка на кнопочку.

Я надавил кнопку на брелоке сигнализации, и «мерседес» приветливо вякнул и подмигнул мне галогенками.