Место, где живёт счастье

Мне обычно приходилось возиться несколько минут, а он взял и сложил! Пока я, застыв на месте, переваривала такую оперативность, раздался характерный шум, указывающий на то, что моего «коня» уложили в багажник этой огромной машины. Наверное, всё же придётся воспользоваться помощью этого человека, до кампуса около шести миль, в автобус меня с велосипедом не пустят, а колено болит всё сильнее.

Потом я вспомнила его слова и решила уточнить.

– О чём вы хотели поговорить?

– О том, что могу помочь тебе и твоему братишке.

Вздрогнув, я резко развернулась, пытаясь увидеть того, кто это сказал, но упавшие на лицо волосы мне помешали. Мне показалось, что я ослышалась. Совершенно незнакомый человек предлагает мне помощь! Причём, это не протянутый носовой платок и даже не предложение подвезти. Если он слышал наш разговор с Иззи – а он его слышал, хотя бы часть, раз упомянул моего брата, – то должен понимать, что помощь нам нужна немаленькая. Так с чего бы ему предлагать подобное? Но.

.. если он, действительно, сможет хоть как-то помочь Арти... Он сказал, что врач... Разве я смогу отказаться от предложенной помощи? Не для себя ведь, для брата.

Настолько быстро, насколько позволяло ноющее колено, я подошла к машине, убирая волосы с лица за уши и впервые ясно видя своего собеседника.

– Помочь? – машинально переспросила я, поднимая глаза всё выше, поскольку тот, кто стоял передо мной, оказался просто... огромным. Он возвышался надо мной, как гора, и при этом был сложен абсолютно пропорционально, то есть не выглядел гротескно, как некоторые очень высокие люди – длинные и тощие, нет.

Его плечи были широченными, и чтобы увидеть их, мне пришлось задрать голову, лицо же находилось вообще где-то в облаках. Ну, я, конечно, преувеличиваю, но шея у меня заныла, когда я, наконец-то взглянула ему в глаза. И застыла.

Более прекрасных глаз я ещё никогда не встречала. Красивого разреза, осенённые густыми длинными ресницами, за такие любая женщина отдаст несколько лет жизни, но главное – цвет.

Очень необычный, серо-зелёный, я ни у кого ещё такого цвета глаз не встречала. И эти глаза смотрели на меня пристально, ошарашенно, со странной смесью недоверия и радости, причём радость явно побеждала.

Широко мне улыбнувшись, незнакомец аккуратно взял мою пораненную руку в свою огромную ладонь, в которой та просто утонула, и странное, непонятное, всеобъемлющее чувство охватило меня.