Место под солнцем

На грязной шее болтался концертный галстук-бабочка из серебряной парчи."

"— Игорек, не убегай, подожди! — прошептал Артем. — Классный типаж… — Здесь особая помойка, — бомж поймал восхищенный взгляд Артема, — в этом доме живут знаменитости, «новые русские». Совсем, суки, зажрались. Чуть пятнышко какое или пуговица оторвалась — выкидывают. Сигареткой-то угостишь?

— Ну как же тебя, такого красивого, не угостить? — Сиволап протянул ему пачку «Кента».

Бомж аккуратно вытянул две сигареты, одну ловко запихнул за ухо, другую сунул в рот.

— Стой! — Артем спрыгнул с качелей. — Можешь повторить на «бис»?

— Заснять желаете? — деловито поинтересовался бомж.

— Желаем, — кивнул Артем.

— Для себя или для народа?

— Для народа.

Бомж окинул Артема цепким трезвым взглядом, смачно сплюнул, прищурился и спросил:

— Это ты, что ли, ночами из ящика врешь про всякую попсу, кто с кем трахается? Косолапый твоя фамилия?

Артем был удивлен и польщен, что его узнал какой-то бомж.

— А у тебя что, и телевизор есть?

— Есть, — кивнул бомж.

— А живешь где?

— Где надо, там и живу. Так чего, снимать-то будешь меня?

— Буду.

Артем коллекционировал всякие колоритные уличные сценки, подлавливал забавных персонажей — нищих в подземках, вокзальных проституток, алкашей. Такие «примочки» иногда можно было удачно продать, их любили монтировать в клипы ради «стеба» некоторые рок-группы, да и самому могло пригодится для какого-нибудь сюжета.

— Полтинник, — сообщил бомж. Артем, не раздумывая, вытащил из кармана пятидесятитысячную купюру.

— «Зелеными», — покачал головой бомж.

— А не жирно? — прищурился Сиволап.

— Нет, — бомж ловко откусил фильтр сигареты, выплюнул, щелкнул одноразовой зажигалкой, — не жирно. Ты мне все равно отвалишь больше.

— Ну, ты даешь, бродяга, — присвистнул Артем, — это за что же, интересно?

Бомж поманил пальчиком, репортер наклонился к нему и невольно поморщился от вони.

— Я видел киллера, который замочил чувака у этого подъезда, — прошептал бомж, — совсем близко видел, вот как тебя….

* * *

Паша Дубровин стоял рядом с Катей у таксофона. Ему были слышны протяжные гудки в трубке.

— Ну конечно, — пробормотала Катя, — они ведь у тети Нади. Оба. Я забыла… Она уже собиралась положить трубку, когда услышала мамин голос.