— Действуй, — приказал Кафтанов и, повернувшись к Корнееву, сказал: — Пошли, Игорь.
Они еще не успели дойти до ворот, как они распахнулись.
Взревели моторы машин, две ’’Волги” и два микроавтобуса ворвались на территорию.
— Мы с тобой, Корнеев, — начальник МУРа сунул рацию в карман, — к шапочному разбору успели.
Хлопнул одинокий выстрел. Потом кто-то закричал истошно.
На огромном участке кроме дома еще одно строение было, двухэтажное, фабричного типа.
Мимо молодцов в пятнистой форме, мимо машин и разгоряченных схваткой они прошли в дом.
В холле на полу лежали двое с выкрученными за спину руками, наручники намертво сковали запястья.
Стеклянная разбитая дверь. Гостиная с камином, в котором догорали дрова.
У стены с поднятыми руками стояли Гольдин, Лузгин, Новиков, Штиммель и Саша-Летчик.
Они с ужасом глядели на стволы автоматов, на омоновцев в бронежилетах, на оперативников с пистолетами.
— Ну вот и все, — сказал Кафтанов, — давай, Корнеев, ознакомь их с постановлением прокурора и начинай обыск.
До чего же долго он не был дома. И комната его в старой коммуналке показалась ему самой уютной и тихой.
Шумело за окном вечернее Замоскворечье. Знакомая зеленая земля его детства.
Игорь снял пиджак, скинул наплечные ремни с кобурой и пошел на кухню ставить чайник.
Потом он бросил в стакан две ложки растворимого кофе, достал из пакета купленные у метро чебуреки и включил телевизор.
И с синего экрана вошел в комнату Борис Павлович Громов в полном сиянии прокурорского мундира."
"— …Перестаньте, — обаятельно улыбнулся он невидимому собеседнику, — у нас же все перепутано.
В магазине обсчитали — мафия. Кооператив на варенку цены поднял — организованная преступность.
— Значит, вы отрицаете существование этих преступных структур? — спросила бойкая дама-корреспондент.
— Почему же, то, что сегодня случилось с нашей экономикой, породило целый ряд новых форм преступности. Уголовники сейчас пытаются втереться в новые экономические структуры. Вот вам пример. Прокуратура пресекла попытку группы темных дельцов — кстати, там был полный набор: и наши, и эмигранты, и даже иностранные подданные — использовать честную фирму ”Антик” в своих темных целях.
— Вы закрыли фирму? — ехидно спросила корреспондентка.
— Зачем же, мы защитили ее. Она работает, приносит, кстати, неплохой валютный доход.
— Так что же сегодня волнует вас как народного депутата и одного из руководителей прокуратуры?
Лицо Громова стало серьезным, даже трагическим. Он вздохнул тяжело.
