Перед нами достаточно свежо выглядящее село, раскинувшееся по двум берегам Бии. Много хороших домов и коттеджей. Не бедствует местное население. Хоть и в… лоне мира! Дальше – не вызывающий уныния современный мост.
– «Кеч Бозого» – вдоль реки, уже на самом Телецком. Едем?
– Приличные забегаловки здесь есть?
– Наверняка! Туристическое место.
– Давай поедим где-нибудь. Мяса хочу."
"Шашлычок на берегу Бии из отличного мяса. Не хуже, чем в самом лучшем московском ресторане. И я беру себе ещё одну порцию, прямо на шампуре.
– Не дожаривай, я люблю с кровью.
За мангалом местный, пожилой... Похож на монгола.
Шашлычник протягивает мне шампур.
– Слушай, отец, дама есть тут у вас одна. Мара…
На секунду его руки, равномерно вращающие шампуры, застывают. Но уже в следующее мгновение он продолжает свою работу.
– Не слышал.
– Марина Богдановна Ярцева. Так, может?
Он неопределённо пожимает плечами.
Достаю купюру.
– Это память не освежит?
Искоса посматривает на купюру. Складываю её компактнее и кладу ему в нагрудный карман.
– Ну?
– Не Марина она. Марена.
– Ага… Дальше.
– А чего хотел-то?
– Что за человек?
– Да кто ж её знает.
– Говорят, шаманка.
– Говорят… – уклончиво и не глядя в глаза.
– Врут?
– Может, и не врут.
– Часто тут бывает?
– Не бывает она здесь.
– Ты её видел?
– Ни разу. Но иногда про неё спрашивают, вот такие, как ты. Приезжие. Уходят искать… Да чего-то назад не особо возвращаются. А может, и каким другим путём обратно уходят. Кто её знает, куда она людей водит, и зачем они её ищут.
– Ух! Местная страшилка, что ли? – улыбаюсь я. – У неё же база отдыха.
– Есть такое дело. Да только не отдыхает там никто. Заброшено…
– Ясно. Сколько лет вашей Бабе Яге?
– Люди говорят – молодуха. Да только очень давно уже так говорят.
– Да ты прям кот Баюн, отец. Заинтриговал своей сказкой. Это у вас такой бесплатный сервис для туристов – страшные байки травить?
– Ты знаешь что, сынок. Вот когда обратно поедешь, не поленись, заскочи на шашлычок.
– Зачем это?
– А чтобы я знал наверняка – возвращаются или нет, – хитро прищуривается он.
– Заскочу… – хмурюсь я.
Вгрызаясь в уже остывшее мясо, возвращаюсь к Вадику. Он, как сытый кот, довольно откидывается от стола, затягиваясь сигаретой.
– Чего говорят?
– Пугают... Ест, говорят, эта шаманка приезжих, как заправская Баба Яга. Но людям является в образе девушки.
– Может, она им приплачивает за байки? – угорает Вадик.
– Наверняка. Реклама дело окупающееся. Я вот, честно признаюсь, повёлся.
