С такими травмами еще никто не выживал…
Олег побрел к воронке, откуда доносилось нечленораздельное бормотание. Замятин корчился на дне, держась за поврежденное плечо.
— Ты что, ранен?
— А что, нельзя? — простонал лейтенант. — Плечо вот точно вывихнул. Болит, зараза, как последняя сволочь…
— Ты зачем его убил? — кивнул Олег на распростертое тело.
— А что, прикажете лекции ему о вреде бандитизма читать? — простонал Замятин. — Он стрелял в меня, а я что? Вы же своего тоже завалили? Вам, значит, можно?
— Ладно, разговорчики.
— Олег присел на краю воронки. — Руку давай, ворошиловский стрелок…
— Какую?
— Здоровую…
Он вытащил лейтенанта из воронки. У того подкашивались ноги.
— За что нам такие страдания, Олег Иванович? Вот скажите, мне хоть старлея дадут после такой работы?
— Ты за звания служишь или Родину свою социалистическую от преступного отребья очищаешь?
— Родину, Олег Иванович, Родину… — шумно выдохнул Замятин. — Но если старлея дадут, я еще лучше защищать ее буду! Да шучу я, что вы, шуток не понимаете?
— Идти можешь?
— Я и бегать могу, — обреченно вымолвил Замятин.
— Если Родина в вашем лице прикажет…
— Ладно, шут с тобой, посиди. Обшарю пока этих гавриков…
Но он так и не успел никого обшарить. В лесу на западе разгорелась перестрелка. Стреляли пистолеты, захлебывался автомат «ППШ». «Как на войне», — машинально отметил Березин. Он даже вспышки различал — далеко, в тумане, за оградой напротив немецкого кладбища. А ведь именно оттуда пришли эти двое!
— Ну, все, Денис.
Назвался груздем — полезай, куда положено.
— В каком смысле? — напрягся Замятин.
— Беги, чтоб тебя!
И сам помчался первым, спрыгнул с покалеченной лестницы, кинулся к гаражу. Влетая за угол, обернулся. Замятин, отдуваясь, спешил за ним, но уже отстал. Ладно, черт с ним! Ночка выдалась лунной, и шансы сломать себе шею были в пределах разумных.
Ветер свистел в ушах, Олег, перепрыгивая через препятствия, выбежал на расчищенную дорожку, пронесся мимо котельной.
Стрельба не стихала, вдобавок заревел мотор — машина то глохла, то снова заводилась.
Он бежал мимо могильных крестов, выстроенных в ряд, ноги вязли в податливой почве. Деревья вырастали, как солдаты, бегущие в атаку. Замятин безнадежно отстал, ладно, у парня уважительная причина…
Березин пролетел через поваленные секции ограды, выскочил на дорогу, опоясывающую парковую зону. Проезд узкий, деревья вплотную подступали к обочинам.
